Ромаданов заключил сделку со следствием и изобличил преступное сообщество, потому его дело выделено в отдельное производствоРомаданов заключил сделку со следствием и изобличил преступное сообщество, потому его дело выделено в отдельное производствоФото: Архив "КП"
2018-03-16T17:10:03+03:00

Суд по делу Гайзера: на допросе у главы

Константин Ромаданов: «Я не угрожал Самойлову»
Поделиться:
Комментарии: comments6
Изменить размер текста:

В Замоскворецком суде Москвы состоялось пятнадцатое заседание по уголовному делу бывшего руководства Коми.

На предыдущем заседании должен был продолжиться допрос бывшего зампреда правительства Коми Константина Ромаданова, но его не доставили в суд. Вместо этого гособвинение начало читать материалы дела.

Меценат из Ухты

Вчера допрос Константина Ромаданова продолжился. Допрос начался с вопросов экс-заместителя главы Коми Алексея Чернова. Он спрашивал, известно ли Ромаданову о связи компаний «Локчимдор» и «Труддорстройпром», и являлись ли они должниками «Коми дорожной компании». Ромаданов ответил, что долг был, но точную сумму не помнит (примерно несколько десятков миллионов рублей), передает "7х7".

— Каким было финансовое положение этих компаний на начало 2014 года? — спросил Чернов.

— Не очень хорошим, — ответил Ромаданов.

— Ранее вы сообщили, что Павел Орда был инициатором проекта добычи горнорудных ископаемых. Какое отношение к этому имеют «Горнорудная компания», «Комисбытресурс»? — уточнял Чернов.

Ромаданов ответил, что знаком с этими компаниями.

— Кто с 2007-го по 2009 год отвечал за инвестиционную политику?

— Орда, — ответил Ромаданов.

— Как он объяснял вам цель встречи с Зарубиным? — продолжил Чернов.

— Для обсуждения проектов, — ответил Ромаданов.

Ромаданов вспомнил, что Зарубин вносил доли в компании горнорудного проекта, насчет денег он не помнит.

— Что вы делали с отчетами [неформального бюджета] после того, как показывали их мне и Гайзеру? — спросил Чернов.

— Уничтожал, — ответил Ромаданов и добавил, что Зарубину и Москвину он их не показывал.

— Кто в правительстве нес персональную ответственность за безработицу и заработную плату? — спросил Чернов.

— Глава республики, наверное, — ответил Ромаданов.

— Можете вспомнить уровень безработицы в республике? — продолжает Чернов.

— 4–5%, она была всегда крайне невысокой, — ответил Ромаданов.

— Какой была численность СЛДК, КДК, «Интаугля»? — спросил Чернов.

— Прошу вопрос снять, — вмешался прокурор.

— То, что вы об этом не знаете, не говорит о том, что это не имеет отношения к делу, — ответил ему адвокат Чернова Карен Гиголян.

— У меня есть перед глазами обвинительное заключение, прошу этот вопрос снять, — нашелся прокурор.

— Вы сообщали, что на совещания к губернатору Самойлов приходил нетрезвым. Степень нетрезвости была очевидна? — продолжил Чернов.

Ромаданов что-то ответил, но невнятно.

— Когда Самойлов обратился за финансовой помощью для санации СЛДК, почему вы не рекомендовали ему взять кредит в банке под залог имущества? — спросил Чернов.

— Этот вопрос обсуждался, его кредитовал банк «Таврический», но его ресурсы на тот момент были исчерпаны, имущество и так было в залоге у банка, — ответил Ромаданов.

— Фактически кто контролировал СЛДК? — поинтересовался бывший замглавы Коми.

— С точки зрения принятия решения — менеджмент, с точки зрения залогов — банк, — ответил Ромаданов.

Покрывала ли стоимость имущества СЛДК долги компании, Ромаданов затруднился ответить. Он также отметил, что никогда не видел документов о том, что Самойлов держал 55% акций в СЛДК именно в интересах Зарубина. А сколько стоила эта доля, он не знает, скорее всего, их стоимость из-за долгов была отрицательной.

— Вы говорили, что Самойлов вносил деньги в выборный бюджет. Какое он отношение имел к выборам в 2011 году? — спросил Чернов.

— Если я правильно помню, он сам выбирался, — ответил Ромаданов.

— Кто руководил предвыборным штабом Самойлова в Воркуте в 2011 году, кто курировал выборы в Воркуте в 2011 году? — спросил Чернов.

— Какое-то время я отвечал, — ответил Ромаданов.

— Когда Самойлов прекратил общественно-политическую деятельность в Коми? — уточнил Чернов.

— Если правильно помню, в 2014 году, — вспомнил Ромаданов.

Также Ромаданов не смог вспомнить, получал ли лично Чернов какие-то вознаграждения, связанные с выборами.

— Вам известен Дмитрий Несанелис? Он имел отношение к реализации общественно-политических процессов? — спросил Чернов.

— Он был участником общественно-политической жизни, — вспомнил Ромаданов.

— Вам известно о взносах гостиницы «Чибью» в один из избирательных фондов? Сейчас просто выборы идут, и я стараюсь быть корректным, — спросил Чернов.

Ромаданов не ответил. Вероятно, Чернов говорил об ухтинской гостинице «Чибью», которая в 2013 году пожертвовала «Единой России» 61 млн 500 тыс. руб. — это самая крупная сумма среди всех субъектов.

Вопросы от Гайзера

Чернов перешел к вопросам об отчетности, которую вел Ромаданов.

— Вам знаком Тимур Иванов? — спросил Чернов.

Ромаданов вспомнил, что Иванов возглавлял «Оборонсервис» и по поручению Гайзера он решал с ним долги структур Самойлова перед министерством обороны. Общий долг достигал тогда от 2,5–4 млрд руб.

Чернова также интересовал размер доли в гостинице «Авалон» — это эпизод, по которому его обвиняют. Ромаданов ответил, что ему неизвестно, выводил ли Самойлов какие-то деньги из ООО «Автоцентр» (владелец гостиницы «Авалон»), но какой-то долг по гостинице Самойлова был отмечен в отчетах у Ромаданова.

— Все, что касается сделок «Отель-сервиса», я не знаю, — сказал Ромаданов.

— Вы сообщали, что, возможно, я предложил погасить часть долгов Самойлова долей в гостинице. Можете вспомнить месяц и год, когда это было? — спросил Чернов.

— Не могу вспомнить, где-то начало 2014 года, — ответил Ромаданов.

— Какой смысл владеть 55% предприятия, которое был в долгах? — спросил защитник Чернова Гиголян.

— Я не могу объяснять мотивы других людей. Возможно, когда-то оно чего-то и стило, — сказал Ромаданов.

Адвокат Вячеслава Гайзера Дарья Евменина интересовалась у Ромаданова давал ли ее подзащитный указание остановить отток населения из моногородов из-за проблем на градообразующих предприятиях. Ромаданов ответил, что прямо он таких поручений не получал, но вопросом занимался, так как это создало бы колоссальное количество проблем.

— Содействовал ли Гайзер оформлению доли в компании «Автоцентр» на Алексея Соколова? — спросил адвокат Гайзера Вячеслав Леонтьев.

— Нет, — ответил Ромаданов

В ходе всего заседания перед каждым ответом на вопрос Ромаданов оглядывается в сторону стола, где сидят прокуроры. Адвокат Леонтьев отметил, мол, не очень хорошо, что Ромаданов консультируется с прокурором перед тем, как отвечать на вопросы.

Ромаданов сообщил в ходе допроса, что Гайзер и Чернов лично не получали долю в компании «Автоцентр» (владелец гостиницы «Авалон»), но ему известно, что доля отошла к бывшей супруге Чернова. На вопрос о том, кто получил выгоду от владения долями в «Автоцентре», экс-зампред правительства ответил — никто.

— Вы вступали в сговор с Гайзером, Черновым и другими лицами с целью получения взятки от Самойлова? — спросил Леонтьев.

— Не очень понятна юридическая формулировка слова «сговор», но думаю, что нет, не вступал, — ответил Ромаданов.

— От кого, где и когда вы получили указания угрожать Самойлову прекращением его коммерческой деятельности в Коми? — продолжил Леонтьев.

— Я не угрожал Самойлову, — ответил Ромаданов.

Затем Леонтьев спрашивал о Фонде поддержки инвестиционных проектов Коми. Ромаданов рассказал, что был членом совета директоров Фонда и действовал в этом качестве самостоятельно, хоть и не все решения ему нравились. Ни Гайзер, ни кто-либо другой никак не давил на него для того, чтобы принять какое-то решение.

Экс-глава Коми Вячеслав Гайзер интересовался, известны ли Ромаданову проекты развития оленеводства в Инте, проект по строительству новых молочных ферм в Шошке и Паливицах для поставки молока на Сыктывкарский молочный завод, проект переработки молока на базе ООО «Южное», проект по обновлению парка вагонов состава «Сыктывкар — Воркута» и проект строительства дома престарелых?

Ромаданов ответил на все утвердительно.

Гайзер спрашивал, известно ли Ромаданову о Северных инвестиционных форумах и решениях, которые на них принимались. Он отвечает, что известно.

— Вы сказали, что моя роль в неформальной группе — я отвечал за принятие решений в интересах Зарубина. Какие конкретно решения, назовите, как глава Коми, — спросил Гайзер.

— Как глава — нет, — ответил Ромаданов, но уточнил, что неформально — да.

— Вы сказали, что отчитывались по неформальному бюджету, — сказал Гайзер.

— С Алексеем Леонидовичем (Черновым) вы его обсуждали, это была электронная таблица.

Гайзер спросил, давал ли он указания делать доплаты кому-то из неформального бюджета.

— Вы не давали, — ответил Ромаданов.

Гайзер спрашивает, какие предприятия пополняли неформальный бюджет. Ромаданов отвечал, что, например, «Комисбытресурс» делал такие взносы.

— Вы говорили, что Кудинов подчиняется мне. Можете назвать конкретные примеры? — спросил Гайзер.

— Это общее впечатление, которое у меня сложилось, кому Игорь Павлович подотчетен, — ответил Ромаданов.

— Вам известна Федерация футбола Республики Коми? — спросил Гайзер.

— Я являлся президентом федерации, — ответил Ромаданов.

— Кто оказывал спонсорскую помощь федерации? — спросил Гайзер.

— Прошу вопрос снять, — обратился к суду прокурор.

— Был ли у вас конфликт с первым заместителем главы Коми Павлом Ордой из-за навязывания предприятиям оказания спонсорской помощи федерации? — продолжил спрашивать Гайзер.

— Прошу снять вопрос, он наводящий! — отреагировал прокурор.

— Я был противником или сторонником оказания предприятиями спонсорской помощи? — опять спросил Гайзер.

- Снять вопрос, не имеет отношения к делу! — сказал прокурор.

Читайте также:

"Дело Гайзера": свидетель не смог прояснить основания для заявленного иска

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Дело Гайзера»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

Читайте также