Санкт-Петербург
Коронавирус Covid-19

Врач-инфекционист Владимир Никифоров об эпидемии коронавируса в России: мне лечить пока что некого, реально некого

Эксперт рассказал, как будет дальше развиваться болезнь, которой заразилось уже немало людей по всему миру
Деньги бумажные, тем более старые – аккумулятор не только коронавируса, а вообще всего, уверен эксперт

Деньги бумажные, тем более старые – аккумулятор не только коронавируса, а вообще всего, уверен эксперт

Фото: Дмитрий АХМАДУЛЛИН

За последние 2,5 месяца коронавирус COVID-19 наделал не просто много шума – он вызвал панику во всем мире. Отменились массовые мероприятия, спортивные соревнования. Впервые за всю историю решили не проводить Евровидение. Отменяются авиарейсы между странами, где-то под запрет попали международные почтовые пересылки. Закрываются границы государств. Почему это происходит? Насколько опасен новый коронавирус? Какие прогнозы и справится ли с ним России? На эти вопросы в эфире радиостанции «Business FM» ответил доктор медицинских наук, заведующий кафедрой инфекционных болезней Пироговского медицинского университета, эксперт ООН по биотерроризму, профессор Владимир Никифоров.

ИНФЕКЦИОНИСТЫ СПОКОЙНЫ

– Картина двойственная, – считает Владимир Владимирович. – С одной стороны, да, проблема достаточно серьезная – люди болеют, умирают. Но и раньше болели, и раньше умирали, и потяжелее болели, и значительно больше умирали. С другой – совершенно необъяснимая паника, абсолютно контрпродуктивная кампания нагнетания страха, истерии, не без участия СМИ. Нельзя сказать, что проблемы нет, но она не такая ужасающая, не тот апокалипсис, который нам втолковывают через интернет. Летальность достаточно низкая. Умирают в основном пожилые, тому есть причина. Это не самая великая летальность, которую знает медицина, не самая большая заболеваемость. Под эту шумиху немного забыли про грипп. Но вот, по оценкам американцев, с сентября 2019 года гриппом заболели 15 - 20 миллионов, а умерли от него около 20 тысяч. Только в Соединенных Штатах.

По словам профессора, паника началась потому, что новый вирус мало изучен. Поэтому страшно. А людям вообще свойственно нагнетать и паниковать.

– Профессиональная медицина – инфекционисты, пульмонологи – достаточно спокойны, – уверяет Владимир Владимирович. – Стандартная вспышка ОРВИ, к которому относится и коронавирус, длится шесть-восемь недель. В Китае это началось в декабре. Сейчас мы можем сказать, что у них все закончилось, они описывают 13 - 14 случаев в день.

Однако в Европе эпидемия нарастает и количество смертей тоже.

– У меня к Европе некие вопросы накопились как у профессионала, на которые я ответить не могу и, по-моему, никто не может: почему такой скачок в Италии, с такой высокой летальностью вдруг? Черт его знает, честно скажу. Но если пойдет по стандартному сюжету вспышек ОРВИ, четыре недели нарастания – четыре недели спад… Пока четыре недели не истекло. Пока все вкладывается в стандартную схему развития.

ЧЕМ ДАЛЬШЕ, ТЕМ МЕНЕЕ ЗЛОЙ

По последним данным, средняя смертность от COVID-19 около 4%. Такая была в Китае. В Италии она выше – 5%. Но при этом в некоторых странах цифры на порядок ниже. В Южной Корее – около 0,7%. В Германии – 0,2%. Владимир Никифоров объяснил, почему такая разница:

– Китаю ведь разрешили ставить диагноз клинически, без всяких тест-систем, они под конец махнули рукой, и у них тоже не все цифры подтверждены. Но я могу вам привести и другое объяснение, не все так просто. В Китае появился первичный очаг, так называемые index patients, первые пациенты, и, по логике инфекционного процесса, первый контакт получился с тяжелым течением, высокой летальностью. Это явно новый вирус, конечно. В Ухане – первая встреча человека с этой разновидностью коронавируса, закономерно тяжелое течение, высокая летальность. По мере пассажа через человека вирус закономерно будет снижать вирулентность, то есть агрессивность. Опять же говорю, инфекция не желает никого убивать. Вирус – паразит. Только идиот может желать смерти своему хозяину, будучи паразитом, а инфекция отнюдь не глупа. Инфекции нужен больной, но не мертвый. Есть вариант, что уже в ту же самую Южную Корею пришел вирус, слегка перезаточившийся и потерявший желание убивать направо и налево. Сюда прибавьте и возросшее число подтвержденных диагнозов, с другой стороны – явное снижение вирулентности.

Однако, по словам профессора, до сих пор непонятно, почему такая высокая смертность в Италии:

– Такое впечатление складывается, если встать на точку стороннего наблюдателя, что там просто второй совершенно независимый очаг.

ПАНИКУ НАЧАЛ КИТАЙ

– Инфекция не любит двух вещей: истерических дуг, как сейчас у нас и во всей остальной Европе, и панибратства, пофигизма, – говорит Владимир Владимирович. – Я бы не сказал, что коронавирус уж такой высоковирулентный. Например, один больной корью заражает где-то 16 - 18 человек. О коронавирусе говорят, что два-три, ну, может быть, три-четыре. Я говорю, что корь во много раз более вирулентная. Другое дело, что от кори есть прививка.

– Тон задали китайцы, – считает Никифоров. – Впервые в жизни, в истории человечества мы увидели такой жесткий маневр со стороны китайцев, которые и начали эту панику. Было впечатление, что они знают, с чем имеют дело, что они к этому заранее готовились, а потом последовала моментальная жесткая реакция, которая удивила весь мир. Ну, подумаешь, в конце концов, сезон гриппа. Давайте я сейчас встану на сугубо циничную позицию. Дано: полуторамиллиардный Китай. 80 тысяч заболевших и 3 тысячи умерших. Поверьте мне, Китай бы этого просто не заметил. И вдруг – бах! – чуть ли не Росгвардия, танки, оцепления. И мгновенная реакция китайского руководства. Но, с другой стороны, Ухань – как солнечное сплетение, там железные дороги. Сам он маленький, но это перевалочный пункт, они могли испугаться, что оттуда болезнь пойдет дальше.

ВИРУС ДВОЙНОГО НАЗНАЧЕНИЯ

После вспышки эпидемии Владимир Никифоров с коллегами поехал в Китай, чтобы получить оригинальные образцы вируса – они нужны для разработки вакцины. Однако в очаг заражения, в Ухань россиян не пустили.

– У меня было задание посмотреть взглядом профессионала, но китайцы догадались, что я профессионал, поэтому на Пекине все и оборвалось. Я думаю, что, естественно, не из-за меня, была представительная бригада, нас было восемь или семь человек: двое представителей Минздрава, остальные – Роспотребнадзора. Я был со стороны Минздрава, хотел все это посмотреть. Ладно, думаю, черт с ним, не пустили меня в Ухань, покажите мне больницу в Китае. Тоже не пустили. Мы приехали со своими тест-системами, говорим: дайте нам их испытать. Нам говорят: «А мы вас в лабораторию не пустим, дайте нам ваши тест-системы». Забрали, ушли к себе в лабораторию, через несколько часов пришли, сказали – работают. Остается поверить. Говорим: «Дайте вирус». Отвечают: «Не можем, он у нас двойного назначения». То есть, можно сделать вакцину, а можно сделать наоборот. Получили мы потом вирус другим путем.

– А вирус нужен, знаете для чего? – объясняет Владимир Владимирович. – Не для двойного назначения. Нужно иметь оригинал, чтобы сделать вакцину. Копия всегда хуже оригинала. Надо иметь настоящий вирус от больного, тогда можно будет создать полностью вакцину, которая, действительно, будет работать.

ГОТОВА ЛИ РОССИЯ К ЭПИДЕМИИ?

По оперативным данным на 22 марта в России зарегистрировано 367 случаев заболевания коронавирусом. Никто не умер. Выздоровели 16 человек. Власти принимают меры профилактики. В Москве для лечения больных с COVID-19 выделили отдельную клинику в Коммунарке. Однако, по словам Владимира Никифорова, резервы для улучшения ситуации есть.

– У нас очень давно сделали грандиозную глупость: разделили медицинскую науку именно в моей части на две составляющие. Есть Минздрав и есть Роспотребнадзор, – говорит Владимир Владимирович. – Раньше это было единое целое, все было понятно. То есть раньше были больницы и санэпидемстанции, это все было единой структурой. Понятное дело, что эпидемстанция занималась анализом заболеваемости, она проверяла деятельность больниц, пищевых точек, прогнозировала возможность развития геморрагических лихорадок. [А теперь] Мы, лечебники, отдельно, а Роспотребнадзор отдельно. То есть мы лечим, Роспотребнадзор прививает, анализирует. Ну как это можно? Это должно быть единое, под одним руководством. А у нас есть министр здравоохранения, и есть главный санитарный врач. Я считаю, что это неправильно.

– Лет пять назад было заявлено, что все спокойно, у нас избыток инфекционных коек, они не нужны, – продолжает Никифоров. – Было же всего три инфекционных больницы (в Москве – прим. Ред.): первая, вторая и в Курьянове третья. Ее взяли и ликвидировали за ненадобностью, потому что койки простаивают, переизбыток. Теперь за головы хватаемся. Да, я понимаю, что советское здравоохранение было очень затратным, но оно работало. Все разрушили. И все стали переводить на деньги. Но вот инфекцию на деньги переводить нельзя. Потому что, как сказал один умный француз, «кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую». А инфекция – это в принципе то же самое, что и армия. Только мы в тылу обеспечиваем безопасность. И мы обязательно должны иметь какой-то люфт, свободные койки. Они могут не работать, они будут съедать финансы. Да, будут. Это как пожарная команда: если у вас год не было пожаров, давайте ликвидируем пожарные расчеты, распилим пожарные машины на металлолом и будем жить спокойно. Вот то же самое и случилось. Было относительно спокойно, а инфекционные койки – убыточные.

Слухи о том, что в России плохая тест-система, и поэтому мало подтвержденных диагнозов, инфекционист опроверг:

– Могу сказать, что мне пока лечить некого, реально некого, – обнадеживает Никифоров. – Вот эти сопли и вопли в интернете, что правительство скрывает горы трупов… Мне присылали тоже это аудиообращение, что нас обманывают. На самом деле нет, не обманывают. Я могу четко сказать, что у нас есть внебольничная статистика – 700 тысяч официально внебольничных пневмоний в год. Летальность где-то 2 - 3%.

Больной поступает с диагнозом «внебольничная пневмония», – поясняет профессор, – потому что он не в больнице ее схлопотал, это не внутрибольничная, он уже где-то переболел гриппом на ногах, потом получил пневмонию, грипп уже прошел, уже пневмония. И мы их начинаем расшифровывать.

Предположим, наша тест-система совершенно плохая, она просто не работает. Но тогда бы у нас росла доля нерасшифрованных пневмоний. И мы бы писали просто: внебольничная пневмония без выявления инфекционного агента. Если свалить на плохую тест-систему, получите кучу нерасшифрованных трупов. Но нет этого. Умирают, но мы знаем диагноз.

КУПЮРЫ – ПРОСТО БИООРУЖИЕ!

В своем интервью Владимир Никифоров дал простые советы, как не заразиться коронавирусом.

– Никто не отменял мытье рук, – уверяет профессор. – Причем, если я «налью» вирус вам на ладошку, ничего с вами не случится. Мытье рук – это чтобы вы пальцем не ткнули в глаз, не понюхали руку, всосав его носом. Я не верю, что вирус может пройти через пищевой тракт, потому что в кишечнике другие клетки, просто вирусу не за что будет зацепиться.

Что касается бумажных денег, Никифоров согласен – это рассадник заразы.

– Деньги бумажные, тем более старые – аккумулятор не только коронавируса, а вообще всего, – говорит Владимир Владимирович. – Если посмотреть на обтрепанную денежную купюру – это кусок биологического оружия. Я очень не советую ее жевать, это вообще известно, поэтому их уничтожают, и даже, я не помню, какая страна их пропитывала. Боюсь соврать сейчас, но где-то даже деньги выпускали с дезинфицирующей пропиткой, но потом отказались – аллергия пошла у народа. Тоже не решение проблемы.

КОГДА ВСЕ ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ

В Китае эпидемия пошла на спад. В Европе нарастает. Что будет дальше? И как долго продолжится пандемия?

– Два варианта. Либо он там совсем снизил вирулентность, – рассуждает профессор Никифоров по поводу ситуации в Китае, – и он у них существует, но не дает особой «клиники». Болеют, например, молодые, без клинических проявлений, а вирус достаточно ослаб. Может быть, и так.

Однако врач-инфекционист не исключает, что вирус может снова набрать силу:

– Он же может туда-сюда мутировать в какой-то форме. Есть вопросы, которые легко задать, но трудно ответить. Куда у нас девается ОРВИ летом и откуда приходит опять? Я понимаю, что да, он переместится с перелетными птицами. Объяснить я вам что угодно объясню, что он в Австралию ушел, потом вернется обратно. Но тоже, не весь же он ушел и не весь же он прилетел. Значит, где-то тлеют какие-то очаги.

– Я думаю, что масса народа переболела очень легко, – предполагает Владимир Никифоров, – и до того как сообразили, до того как перекрыли, кто-то уже оттуда выбрался – кто не заболел, кто в легкой форме. Не всех китайцев, кто кашлянул, думаю, проверяли на коронавирус.

Что касается прогнозов по заболеваемости COVID-19 в России, тут, по мнению профессора, как и во всем мире, тоже может быть два варианта:

– У нас уже есть контактные пациенты, но легкие. То есть, по идее, если пойдет по стандартной схеме, это выродится в обычное сезонное ОРЗ. Весь пар уйдет в свисток. Поверьте мне, к лету должна сработать и погода, и все остальное. А второй вариант, что мы только начинаем путь, и всякий далекий путь начинается с первого шага. И вот, может быть, это первый шаг, а сейчас у нас свечкой пойдет наверх. Но откровенно, мне в это не верится. Фактически, если бы не было тест-системы, вы бы сейчас не заметили, что у нас есть какой-то коронавирус. Пациенту поставили бы внебольничную пневмонию. Ну, болеет и болеет. Ну, вирус, но какой вирус, черт его знает. Но на этом бы и успокоились и не били бы в колокола. Диагноз-то лабораторный.

ВАЖНО!

Не используйте антибактериальное мыло – получите экзему!

– Нельзя постоянно руки мыть с дезинфицирующим мылом, – напоминает Владимир Никифоров, – потому что у нас с вами руки покрыты защитным жиром и наш определенный, свойственный только нам микробный ансамбль здесь живет. Это ваша личная флора, которую трогать не надо. Если вы будете ее упорно каждый день, по нескольку раз в день уничтожать дезинфицирующим мылом, то по локоть у вас будет экзема, в конце концов, вы нарушите микробиоту вашей кожи. Мойте простым мылом. Душ принимайте хоть десять раз на дню, но не вздумайте это делать с каким-нибудь таким [антибактериальным] мылом, тоже пойдете пятнами.