Санкт-Петербург
Общество

Фронтовые сто грамм. Для чего их пили – для храбрости, для согреву или для радости?

В эти дни мы отмечаем 75-летие великой победы нашего народа в 1945 году. Мы вспоминаем о боевых подвигах, о тягостях военного быта, и о том, что помогало солдатам пережить это – о фронтовых 100 граммах
Иван КРАСИКОВ
.

.

Фото: EAST NEWS

Вокруг них создана масса мифов. Давайте попробуем в них разобраться.

Эта история начинается ещё до Великой Отечественной – в Финскую войну. И тогда эти 100 грамм были совсем не для храбрости, как часто утверждают сегодня. Вот что говорил о них Нарком обороны СССР Климент Ворошилов в своем докладе «Уроки войны с Финляндией»: «Ставка Главного Военного Совета постановила ввиду начавшихся больших и устойчивых холодов на фронте основной суточный паек бойца действующей армии увеличить на 15 грамм сахара, 50 грамм сала, а также было принято решение ввиду больших морозов выдавать всему личному составу с января по апрель по 100 грамм водки. Общая калорийность пайка, таким образом, была доведена до 4.449 калорий вместо 3.717 калорий основного пайка. Это мероприятие сыграло исключительно важную роль в деле снабжения сил и энергии людского состава действующей армии».

К этой практике быстро вернулись и в Великую отечественную с 1 сентября 1941 г. Приказ Наркомата обороны №0320 от 25 августа 1941 г. так и назывался – «О выдаче военнослужащим передовой линии действующей армии водки по 100 граммов в день». Понятно, что этот документ разрабатывали по другим соображениям, чем в Финскую войну. И эти сто грамм были скорее для храбрости, чем для сугреву, ведь ранней осенью еще не так холодно.

Но видимо что-то пошло не так, и уже в июне следующего года выдачу водки военнослужащим сократили. Дозу в 100 грамм оставили. Но получать ежедневно её могли уже не все части передовой линии, а только те, которые ведут наступательные операции. «Всем остальным военнослужащим передовой линии, - говорилось в приказе НКО №0470, - выдачу водки в размере 100 граммов на человека производить в революционные и общественные праздники».

А ближе к зиме провели ещё одну алкогольную «реформу». В результате, с ноября 1942 ежедневные 100 граммов водки получали лишь «подразделения частей, ведущих непосредственно боевые действия и находящихся в окопах на передовых позициях; подразделения, ведущие разведку; артиллерийские и минометные части, приданные и поддерживающие пехоту и находящиеся на огневых позициях; экипажи боевых самолетов по выполнении ими боевой задачи». Тем же, кто был в резерве и непосредственно в боях не участвовал, выдавали по 50 г водки в сутки.

В истории о фронтовых ста граммах есть миф о коньяке. Часто можно прочитать, что летчикам как элите вооруженных сил выдавали по 100 граммов коньяка, а не водки. Безусловно, этот благородный напиток обладал бы большим согревающим действием при морозах. Например, в Финляндии они достигали минус 40 градусов, да и в зиму 1941-1942 гг тоже были лютыми. К слову, коньяк повышенной крепости в 42-43 градуса, который у нас делают в Коктебеле, был бы в такую погоду оптимальным напитком.

Ну и как мы точно знаем сегодня, коньяк был бы точно лучше, чем водка, с медицинских позиций. Он не только сильнее согревает, но и содержит биологически-активные вещества с полезным действием. Именно они придают коньяку аромат и вкус, и несколько ослабляют токсичные эффекты спирта.

Но коньяк не давали даже летчикам. В приказах черным по белому написано, что «летному составу ВВС Красной Армии, выполняющему боевые задания», выдают те же 100 грамм водки. Исключения были только для бойцов Закавказского фронта, им вместо водки выдавали 200 граммов крепленого или 300 граммов столового вина.

А где же коньяк? Его пили на переговорах с союзниками, благодаря Черчиллю это хорошо известно. Его могли пить в Генштабе. Но в боевых частях можно было попробовать коньяк только в Европе - или трофейный, или когда освобожденное население угощало им наших солдат. Такие истории были, в своих воспоминаниях красноармейцы рассказывали, что пробовали местные напитки разных европейских стран.

Фото: РИА Новости

Фото: РИА Новости

Почему же они не могли пить наш коньяк? Его производили в мизерных количествах, и как правило, не очень хорошего качества. После гражданской войны, разрухи 1920-х и голода начала 1930-х, производства коньяка в Советском Союзе практически не было. Первые попытки восстановить его были сделаны после 1936 года, но их прервала война. Только после неё коньячное производство постепенно стало налаживаться. Дело это не быстрое, так как связано с посадками и ростом лозы, с долгой выдержкой напитка в бочках. Производство коньяка стало массовым только в 1960-1970 гг. Например, уже упоминавшийся коктебельский коньяк вышел в начале 1960-х. И сейчас в России это один из самых старых производителей, сохранивших спирты ещё с тех времен.

К счастью, ветераны могут позволить себе не только водку, как в военные времена, но и коньяк – 100 грамм для радости. Это все-таки радостный, а не горький напиток.