Санкт-Петербург
Телевизор

Тина Канделаки и Сергей Шнуров: Мы своих сотрудников не увольняли, помощи у государства не просили

Продюсеры сатирического скетчкома «Чума!» - об общих чертах современной России и Средневековья, голове Максима Галкина и позитивных итогах коронакризиса
Сергей Шнуров и Тина Канделаки в редакции "Комсомолки".

Сергей Шнуров и Тина Канделаки в редакции "Комсомолки".

Фото: Иван МАКЕЕВ

В онлайн-кинотеатре Ivi продолжается показ скетчкома «Чума!» о том, как из-за эпидемии этого опасного заболевания средневековые жители самоизолировались в крепости. По ходу действия с ними происходят забавные ситуации, которые, разумеется, прозрачно параллелятся с нашей действительностью. Иногда шутки героев берут невиданные сатирические высоты. Например, в одной из сцен глашатай объявляет: «Рукоблудие перестает быть смертельным грехом. Пока это вся помощь министерства финансов».

Или вот специальная шутка для москвичей, намучившихся в карантин с системой выдачи пропусков и автоматическими штрафами за все подряд: их средневековые пропуска - это клеймо, которое выжигают каленым железом. «Наш принцип — государственные услуги должны причинять боль», - говорит герой.

Постер скетчкома "Чума"

Постер скетчкома "Чума"

В «Чуме!» играют Максим Лагашкин, Зоя Бербер, Вячеслав Чепурченко, Агата Муцениеце, Александр Гудков, Иван Охлобыстин, Ольга Бузова и десятки других известных артистов. Комедийный проект снимали, что называется, на живую нитку: сегодня в новостях, завтра на съемочной площадке. В эту пятницу, 13 июня, покажут две заключительных серии (всего их шесть). О «Чуме!» «КП» расспросила несколько неожиданный продюсерский дуэт: Тину Канделаки и Сергея Шнурова.

- Сергей, ранее вы не были замечены в работе над такого рода продуктами. Как вы стали сериальным продюсером?

Сергей Шнуров:

- Подождите, как я был не замечен в такой деятельности? А вы клипы «Ленинграда» не видели? Я в прямом смысле был продюсером всего этого действа. Поэтому я давно, так сказать, в отрасли.

Тина Канделаки:

- Для меня вообще странно, что Сергей только писал музыку для сериалов. Потому что Сергей создает полноценный продукт, который гораздо больше, чем любой сериал из очень многих, которые появились на отечественном небосклоне. 160 млн просмотров! Нет ни одного другого российского сериала, который просмотрело бы от начала до конца 160 млн пользователей. И есть один, который снял Сергей Шнуров, под названием «Лабутены» (на самом деле клип назывался «Экспонат». - Ред.). Сергей и есть самый главный, по большому счету, производитель современного контента.

С. Ш.:

- Ну, если говорить о цифрах и подходить к клипам к сериалам, то у меня просмотров на YouTube-канале 11 миллиардов.

«Нас пронизывают лучи этого [звездеца]»

- Как родилась идея средневековой эстетики?

С. Ш.:

- Есть такое идиоматическое выражение: «О, это вообще чума!». Имеется в виду что-то неординарное, да? Наверное, самое синонимичное слово — к слову, которое непечатное. Вы можете поставить букву «п», многоточие и в конце «ц» - это и будет чума. Мы все живем в ощущении, что нас пронизывают лучи этого [звездеца]. И мы не знаем, как это охарактеризовать, как выразить. А с помощью аллюзий на Средневековье - все-таки общество в тот момент тоже было вертикальное - некие рифмы и параллели напрашивались сами собой.

Т. К.:

- Концепт придумали мы втроем: Давид Кочаров (генеральный продюсер Ivi Originals. - Авт.) Сережа, я. И Саша Вялых, креативный продюсер проекта. Плюс авторская группа. В этом составе мы допридумывали героев, образы, ходы и все остальное.

- Кто писал шутки?

С.Ш.:

- Это питерская команда КВН.

- Когда вы все это придумали и сколько времени заняла подготовка?

Т. К.:

- С момента выхода первых серий, если отмотать назад, до момента возникновения идеи прошло три недели (сериал стартовал 29 мая. - Авт.).

Интервьюер: Вот когда я смотрел третью серию...

С. Ш.:

-Мы отталкивались от того, что zoom-сериалы явно появятся, каждая платформа будет думать в эту сторону. Мы хотели сделать продукт отличный ото всех. Я надеюсь, что у нас получилось.

Т. К.:

– Мы быстро поняли, что все делают скринлайфы. Как вы понимаете, скринлайфы тоже не на телефон снимались. То есть все всё равно работали. На этом фоне мы решили максимально безопасно снять сериал. Мы это делали в Подмосковье, в условиях полной безопасности для всех участников. Сняли за две недели. Температуру и здоровье у всех проверяли каждый день. Участники проекта все были в масках - кроме артистов, задействованных на площадке.

С. Ш.:

- Даже если посмотреть на общие планы массовки, они у нас стоят на социальной дистанции, это полтора метра. Самочувствие у всех, принимавших в проекте «Чума», улучшилось.

- Это дорогой продукт, в отличие от скринлайфов?

С. Ш.:

- Как ни странно, у нас получилось дешевле раза в два-три, чем все вышедшие у конкурентов проекты.

- Актеры работали за свой обычный гонорар, либо кризис внес поправки?

С. Ш.:

Я могу сказать на своем примере. Я посчитал, что если не снимусь в этом сериале, который продюсирую, то буду потом очень жалеть. И так поступали многие артисты. Многие просто хотели приехать на съемочную площадку, поскольку сидение дома атрофирует актерскую мышцу.

Т. К.:

- У нас конкуренция была за роли.

С. Ш.:

- У нас была очередь!

Т. К.:

- Артисты тоже ищут интересные форматы. Никого не хочется обижать, но когда ты слышишь о выходе очередного скринлайфа уже после закрытия карантина, кажется, что видишь одну и ту же картинку. Я с симпатией отношусь к скринлайфу «#СидЯдома», который выпустил Premier. Но ощущение, что дальше уже просто все «#СидЯдома». Скетч-шоу – все-таки не совсем привычный жанр. Не так много скетч-шоу мы видим на отечественном телевидении и платформах. Поэтому все соглашались работать с удовольствием. И все-таки наши знакомства и связи тоже играют роль. Например, сейчас идут досъемки - Сережа попросил Гарика Сукачева, он с удовольствием откликнулся, вообще без проблем. Сегодня еще доснимают скетчи, которые вы увидите уже в пятницу. Чтобы вы понимали технологию производства.

- Когда я смотрел третью серию, стало ясно, что вы снимаете с колес, потому что там некоторые отражены события, которые случились только что.

С. Ш.:

- Да, большое наше преимущество – скорость.

- Но карантин же сворачивается. Вы переписывали сценарий?

С. Ш.:

- «Чума» – это же метафора вообще всего происходящего. И отмена карантинных мер никак не повлияет на ощущение чумовитости всех нас.

Т. К.:

- Мы с вами разговариваем, а у нас еще идут досъемки (беседа велась за 3 дня до показа финальных серий. - Авт.).

- Стоит ли расценивать этот проект как явно сатирический?

С. Ш.:

- Мне кажется, что острой сатиры, злободневной, актуальной, как ни странно, сейчас очень мало, хотя очень много комедийных шоу. Но они то ли не обладают смелостью, то ли телевизор не позволяет в рамки своего формата вместить все ту жажду вольнодумства, которая так или иначе присутствует в обществе. И мы взяли на себя такую смелость и сделали, можно сказать, свободный от каких-либо цензурных ограничений и ограничений вкусовых продукт.

Т. К.:

- Мы почему-то вообще от жанра сатиры очень резко отошли. Есть юмор, но нет именно сатиры. Мы боимся, например, шутить на тему домашнего насилия (в сериале героиня Агаты Муцениеце, у которой в реальности были проблемы с мужем Павлом Прилучным и в срезе домашнего насилия тоже, жалуется, что ее перестал бить муж — разлюбил, значит. - Авт.). А мы в сериале наглядно показали, что насилие в семье выглядит дико и в XIX веке, и в XIV веке, и настолько же неуместно в нынешнем мире. Нам надо научиться смеяться над собой и своими проблемами. Потому что, во-первых, смех лечит. А, во-вторых, если мы будем по-прежнему со звериной серьезностью относиться к себе, то это повлечет огромное количество проблем психологического и психического толка, которые, в принципе, уже повлек карантин. Не надо бояться. Нет такой темы, которую нельзя показать в сатирическом ключе.

С. Ш.:

- Я бы даже сказал, что это не столько сатирический взгляд, сколько иной ракурс, который дает широту, показывает другие грани и события. И на все проблемы лучше смотреть с разных сторон. Это всегда дает объем, а объем позволяет мыслить.

- Не все считают, что смеяться можно над всем. Например, Евгений Миронов пожурил Максима Галкина за пародию на диалог президента и мэра Москвы. Мол, город ведет напряженную работу, а ему лишь бы хихикать.

С. Ш.:

- Это дело вкуса. Если Миронову не понравился скетч Галкина, это проблема Миронова. Это не значит, что Галкину нужно отрубить после этого голову. Хотя, конечно, я бы в нашем сериале ему голову отрубил бы.

Т. К.:

- В принципе, Сережа, если у нас будет второй сезон, у него еще есть возможность подготовиться.

С. Ш.:

- У него есть возможность пошутить еще разок, а потом мы ему отрубим голову.

«Финал будет разрывным»

- Как сказались карантинные меры на вас лично? Каждый из вас - еще и работодатель. Персонал увольняли, помощь у государства просили? Много потеряли?

С. Ш.:

- Финансовые потери – это всегда не очень приятно, но они сейчас объективные и необходимые. Я своих сотрудников не распустил, плачу им зарплату в размере 70% от того, что было раньше. Но, тем не менее, плачу и коллектив держу. Деньги у государства я не просил, плачу из своих. Потому что понимаю, что государству и без меня есть на что потратить.

Т. К.:

- По [грузинскому ресторану] «Тинатин» ситуация у нас была выигрышная по сравнению с другими ресторанами, потому что здание принадлежит моему партнеру. Нам не надо было платить аренду, за счет доставки мы сумели сохранить весь коллектив, частично выплачивая ему зарплату.

С. Ш.:

- Я на свои последние деньги закажу шашлык все-таки в «Тинатин»!

- Т. К.:

- Спасибо тебе, дорогой. Правда, заказывали много из «Тинатин», нам удалось сохранить бизнес. [Мой спа-салон] «В Копернике» достойно вынес карантин, хотя там тяжелее всего - в салонах красоты работать было нельзя и было тяжело сохранить коллектив. Но никто не уволился. А по поводу косметики Ansaligy я отвечу коротко: там, наоборот, рост продаж в онлайне. Мне повезло, что мы не успели развернуться в офлайне.

- Говорят, что у любого кризиса есть и позитивная сторона - суровые обстоятельства стимулируют креативность, предприимчивость. Вы с этим согласны, или это кажется вам неэтичным - все-таки от последствий пандемии и карантина пострадали миллионы людей?

С. Ш.:

- «То, что нас не убивает – делает нас сильнее», - сказал Ницше. Но есть еще такая формулировка: «то, что нас не убивает, делает нас инвалидами». Как ты подходишь к собственным возможностям, как ты играешь эту партию с сданными тебе картами, зависит только от тебя. Здесь жизнь похожа на покер: ты можешь с плохой картой с помощью блефа и «pokerface» выиграть у жизни гораздо больше - чем с хорошей, делая необдуманные ходы. Вот все зависит от тебя.

Т. К.:

- Серега, а ты «Ленинград» начал разве не в кризис?

С. Ш.: В кризис, в 1997 году. В 1998-м, когда в стране был объявлен дефолт, я записал первый альбом.

Т. К.: Ну, вот тебе и ответ. Кризис – для одних возможность, потому что нарушается привычная структура общества. Вот мы стояли и упирались в чьи-то спины. У нас была стабильная ситуация во многих сферах. Перед тобой чужая спина, и ты понимаешь, что не можешь двинуться вперед. А сейчас этой спины нет. Это в бизнесе очень сильно чувствуется. С одной стороны, удар был колоссальный, а с точки зрения конкуренции невероятные возможности. Потому что ты понимаешь, что у конкурентов тоже проблемы - давайте вещи своими именами называть.

С. Ш.: Мне кажется, что главный урок очередного кризиса заключается в следующем: то, что было вчера для тебя спасательным кругом, позволявшим тебе держаться на поверхности и плыть, в данную секунду может оказаться утюгом, который тянет тебя вниз. Поэтому главное – не хвататься за старое.

- Что зрители увидят 12 июня, в финальных сериях «Чумы»? Может, вы, Тина, появитесь в какой-то роли?

Т.К.:

- Не хочется впрямую отвечать на вопрос, но сюрпризы еще будут. И гораздо менее предсказуемые, нежели я в качестве сюрприза. Очень рекомендую посмотреть: финал неожиданный.

С. Ш.:

- Финал будет разрывным. Он будет, конечно, обсуждаться, да...

«Чума!»

Где смотреть: Ivi.ru (бесплатно).