Петербуржец пытается вернуть своих сыновей из Сан-Франциско

Сейчас мальчики живут в Калифорнии с мамой. В Штаты они переехали пять лет назад всем семейством, но с тех пор ситуация сильно изменилась. Супруга обвинила мужа в насилии, лишила его возможно-

сти видеться с детьми. В ноябре прошлого года мужчина уволился, потерял рабочую визу и вернулся в Северную столицу. Супруга же нашла лазейку в законе и осталась жить в Америке. С тех пор Геннадий пытается вернуть себе любимых сыновей. Суды идут до сих пор. Общаться с детьми мужчина не может, а надежды на скорое разрешение конфликта у него нет. Устав бороться с неизвестностью в одиночку, он обратился в аппарат уполномоченного по правам ребенка.

Счастье по-американски

Семья Никитиных переехала в Сан-Франциско, расположенный в американском штате Калифорния, в ноябре 2006 года. 29-летний Геннадий получил должность программиста в крупной компьютерной компании Guzik Technical Ent. О такой работе и карьерном росте молодой мужчина мечтал всю жизнь.

На тот момент молодая семья чувствовала себя самой счастливой на свете. У Кристины и Геннадия подрастал пятилетний сын Артур. Через месяц после переезда в Америку на свет появился второй мальчик Вадим.

Мужчина получил рабочую визу категории H1-B. Она давала ему возможность спокойно жить и работать на территории Штатов. С женой и детьми было сложнее: в их паспортах стояли визы другого типа, которые имели жесткую привязку к документам главы семейства. То есть находиться в Штатах Кристина и дети могли только до тех пор, пока Геннадий трудился на благо компании. Стоило только ему по каким-то причинам лишиться работы, все визы автоматически аннулировались - и нахождение Никитиных в Штатах становилось нелегальным. Но тогда об этих тонкостях никто не думал.

- Мы жили в просторной съемной трехкомнатной квартире чуть ли не в самом дорогом месте Сан-Франциско - в Силиконовой долине, - рассказывает Геннадий. - Без ложной скромности скажу, что зарабатывал достойно: мог оплачивать младшему сыну частный детский сад, а старшему - обучение в престижной школе. Артур, кроме того, брал частные уроки тенниса, учился играть на фортепиано, ходил в разные секции. Я всегда старался дать детям лучшее из того, что было возможно. И, естественно, активно занимался их воспитанием, посвящал им большую часть своего свободного времени.

Казалось, ничто не могло разрушить семейное счастье, которое супруги выстраивали по кирпичикам, но как-то так получилось, что через три года после переезда все пошло наперекосяк.

Остаться через суд

По словам Геннадия, Кристина прекрасно понимала, что рано или поздно им придется вернуться в Россию. Трудовой контракт Геннадий заключил на четыре года, а гарантировать, что в конце 2010-го его продлят, никто не мог. Но после солнечной Калифорнии слякотный Петербург Кристину не прельщал. О загранице молодая женщина мечтала всю жизнь и отказываться от нее не собиралась.

- Со временем Кристина обзавелась подругами,- вспоминает Геннадий. - В основном она общалась с нашими соотечественницами, которые в свое время так же, как и она, приехали жить в Америку благодаря работе супругов. Их объединяло острое желание всеми правдами и неправдами остаться жить в Сан-Франци-

ско и не возвращаться на родину. Я позже узнал, что у всех ее подруг уже есть опыт судебных тяжб с мужьями. Эти дамы обвиняли своих супругов в домашнем насилии - порой ложно - и таким образом легализовали свой статус в США.

Уточним, американцы очень серьезно относятся к подобным конфликтам. Как правило, бракоразводные процессы в этом случае длятся несколько лет и все это время женщина находится под защитой закона, а значит, проживает на территории США легально. И американский суд при вынесении вердикта обеспечивает женщине все социальные гарантии: достойные алименты, условия проживания - и выполняет условия матери, обговаривая встречи отца с детьми.

Чтобы не возвращаться на родину, женщины провоцируют своих мужей на ссоры.

«Сейчас вызову полицию!»

Через три года после переезда в Калифорнию поведение Кристины вдруг стало странным: она перестала готовить мужу еду, обзывала его и била в присутствии детей, прятала его личные вещи.

- Я не понимал, что происходит, - признается Геннадий. - Только потом осознал, что так она пыталась меня спровоцировать на ответные действия. И, как я узнал позже, Кристина даже заранее сходила в полицию, чтобы обеспечить себе базу для возможных обвинений в мой адрес.

Однажды ей это удалось. В июне 2010 года полиция завела на Геннадия административное дело. Мужчину признали «нарушителем спокойствия».

Геннадий с сыновьями собирался пойти в развлекательный центр поиграть в мини-гольф. Уже перед походом Кристина начала беситься, кричать, нервничать. В итоге она обвинила супруга и сыновей в том, что они беспокоят ее и не дают отдыхать. В таком настроении они ее и оставили дома.

- Когда мы вернулись, Кристина спала, - рассказывает Никитин. - Дети разбудили ее, чтобы показать призы, выигранные в мини-гольф. Я начал переодеваться, но когда открыл шкаф, то увидел, что все мои вещи перевернуты. Это было похоже на обыск. Я повторил супруге несколько раз, чтобы она больше никогда так не делала и привела мой шкаф в порядок, но она вообще никак не отреагировала. И это, кстати, была не первая подобная ситуация: за три дня до этого Кристина спрятала устройства, которые мне нужны для работы, и отказалась возвращать. Я просил ее об этом достаточно спокойно, чтобы не провоцировать дома новых скандалов.

Пик конфликта наступил чуть позже, когда Геннадий выложил на комод вещи из карманов.

- Кристина схватила мой сотовый телефон и ключи от машины и попыталась выбежать из комнаты, - нехотя вспоминает мужчина. - Я схватил ее за руку. Она отдала вещи, я отпустил ее. Однако Кристина начала кричать, что я толкнул ее, ударил и так далее. Причем кричала настолько громко, что дети испугались и заплакали. Я начал успокаивать их, а супруга торжествующе заявила: «Вот и все! Сейчас я наконец вызову полицию!» Создавалось впечатление, что она долго ждала момента и искусственно спровоцировала этот случай.

Обиженная супруга позвонила в полицию. Муж не стал ее останавливать, как объяснил потом: не хотел, чтобы дети стали свидетелями жуткого скандала, который был бы неминуем.

- Глядя мне в глаза, в присутствии сыновей она сказала в телефонную трубку: «Пожалуйста, помогите мне, мой муж избивает меня!» Она лгала в присутствии старшего сына, который был достаточно взрослым, чтобы оценить поступок мамы.

Кстати, дело против Геннадия скоро закрыли. Правонарушение сочли ненасильственным. Мужчина шестнадцать недель ходил на курсы по управлению эмоциями. Однако до сих пор считает, что обвинения были необоснованны.

Под защитой ордера

Сразу же после этого случая Кристина Никитина подала иск в семейный суд. В результате многочисленных заседаний она получила защитный ордер, запрещающий Геннадию общаться с детьми. Согласно ему видеться с сыновьями отец мог только в специальных агентствах, так как мама опасалась, что он украдет детей и увезет их в Россию. Геннадий был готов пойти и на такое унижение, однако агентства один за другим отказывали ему во встречах: мол, нет у нас русскоговорящих сотрудников. Так что встретиться с мальчиками ему вообще не удавалось.

- С самого первого судебного заседания я просил лишь об одном: позволить мне видеться с сыновьями, так как они не должны пострадать в сложившейся ситуации, - рассказывает Никитин. - Кристина, прекрасно понимающая, что моя любовь к нашим детям огромна, решила ударить по самому больному. Прикрываясь детьми, она попыталась улучшить свое материальное положение. Пока длились тяжбы, я добровольно перечислял Кристине половину своей зарплаты. Финальным судебным решением мне также назначили алименты на содержание детей и супруги, которые я исправно плачу.

Осенью прошлого года с Геннадием расторгли трудовой договор. 9 ноября он вернулся в Петербург. Его визу аннулировали. Супруга же с детьми осталась на территории Америки под предлогом бракоразводного процесса. Сколько он продлится - не может сказать никто.

«Ты плохая мама! Мы тебя не любим!»

Сейчас отец семейства больше всего переживает за своих сыновей. Он боится, что его жена плохо повлияет на детскую психику. И у него есть повод переживать.

- Кристина часто обижала мальчиков, - рассказывает Геннадий. - Она теряла контроль над собой и

необоснованно кричала на них. Я вмешивался в ситуацию, что плохо отражалось на наших с ней отношениях. Например, по утрам она спала до упора, а когда до выхода из дома оставалось десять минут, начинала кричать, чтобы дети быстрее собирались в школу и детский сад. Для мальчиков каждый день начинался со стресса. Им же часто и заканчивался. Были моменты, когда дети ей говорили: «Ты плохая мама! Мы тебя не любим!» Иногда Вадим говорил, что будет жить со мной. Все эти слова очень ее злили.

Кристина оскорбляла супруга и детей, когда уставала, хотела спать или пребывала в плохом настроении. Геннадия в присутствии сыновей она щедро осыпала выражениями «тупой, дурак, не мужчина, тряпка…».

Врачи объясняют неадекватное поведение Кристины последствиями болезни - тяжелой формы менингита, перенесенного ею в детстве. Именно из-за этого Кристина часто страдает от усталости, сильных головных болей, потери памяти и трудностей с концентрацией. Доходит до того, что за рулем автомобиля она не замечает дорожных знаков и светофоров.

- Несколько раз моя супруга путала педали тормоза и газа, что чуть не привело к аварии, - сетует Геннадий.

Дети под присмотром

Вернувшись в Россию, Геннадий Никитин несколько месяцев пытался договориться с супругой об общении с сыновьями хотя бы по телефону. Но общение не складывалось: отец даже не знал, в каких условиях живут мальчики.

Не выдержав неопределенности, в январе 2011 года Геннадий обратился за помощью в аппарат уполномоченного по правам ребенка в Петербурге. Он просил в первую очередь выяснить, как живет его семья, и по возможности посодействовать возвращению супруги и сыновей на территорию России.

Специалисты аппарата отмечают: мужчина был растерян, он устал от неопределенности и судебных тяжб. Чтобы помочь отчаявшемуся отцу, сотрудники детского омбудсмена направили в посольство России в Соединенных Штатах запрос с просьбой проверить на месте, в каких условиях проживает семья Никитиных в Сан-Франциско. Ответ из посольства пришел через два с половиной месяца. Информация, которая содержалась в письме, обнадеживала: американская сторона официально заявила, что права Вадика и Артура соблюдаются в полном объеме. В конце апреля к ним домой приезжала сотрудник местной социальной службы Анна Нунес. В своем отчете она отметила: «Семейная обстановка благоприятная, дети находятся под присмотром матери, им созданы все необходимые условия для проживания».

Обидно, когда малышам приходится разрываться между родителями.

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Светлана Агапитова, уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге:

- Ситуация, когда при разводе отец теряет связь с детьми, к сожалению, встречается очень часто. В данном случае, судя по обстоятельствам дела, отец не общался с сыновьями почти год. Если так пойдет и дальше, то он может окончательно потерять с ними контакт, несмотря на то, что дети, судя по всему, сильно привязаны к отцу.

Кроме того, проблему усложняют тонкости американского законодательства. При разводе суд всегда остается на стороне матери и защищает ее интересы. Также, пока идут судебные тяжбы, супруга Геннадия может беспрепятственно находится на территории Штатов. Как показывает практика, такие бракоразводные процессы могут длиться годами и ускорить их никак нельзя. Поэтому неопределенная ситуация Геннадия может затянуться.

Другое дело, что дети имеют право и должны при взаимном желании общаться с папой. Но очень часто они становятся попросту игрушкой в руках других взрослых людей - своих родственников. К сожалению, так получается, что зачастую родители пытаются выяснить отношения между собой, а замешаны в этом оказываются ни в чем не повинные дети. В данном случае невооруженным глазом виден затяжной конфликт между мамой и папой. И мы можем сколько угодно помогать разбираться в этом деле, но разрешить столь сложную ситуацию в состоянии только сами ее участники. Но, судя по всему, супруга Геннадия настроена решительно и из принципа не хочет пойти на уступки и хотя бы разрешить отцу общаться с сыновьями. Сейчас папа возвращает детей и супругу в Россию в судебном порядке, мы будем следить, чтобы мнение Артура, которому недавно исполнилось десять лет, было учтено при вынесении решения. Ребенок старше десяти лет имеет на это право.

КОНФЛИКТ

«Я даже не могу поздравить сына с днем рождения»

По словам специалистов из аппарата Светланы Агапитовой, Геннадий, как отец, имеет право решать, где будут жить дети. Если он не может оговорить с супругой эти моменты в устной форме и заключить письменное соглашение, то ему придется разрешать спор в судебном порядке, что мужчина и сделал.

- Безусловно, суд - это крайняя мера, - считает отец, - но оставлять детей в нынешней ситуации с Кристиной на территории США опасно для их жизни, здоровья и безопасности. У нее нет достаточных средств к существованию. Насколько я знаю, сейчас она живет на мои алименты и материальную помощь своих родителей. Также из-за аннулированной визы она не имеет права работать на территории США и не может обеспечить себя и детей медицинской страховкой. Знаю, что Кристина нелегально подрабатывает сиделкой для пожилых людей. Хотя это тоже нарушение иммиграционных законов США и может привести к плачевным результатам.

Геннадий признается: его безумно тянет к сыновьям. Он хочет привезти Вадима и Артура обратно в Россию, быть всегда рядом с ними, воспитывать их и полностью обеспечивать материальное содержание. Несмотря на все конфликты, разлучать детей с матерью не входит в планы отца. По его словам, он не намерен предпринимать какие-либо меры, чтобы отомстить супруге за обвинения в свой адрес. Мужчина осознает: дальнейшее совместное проживание с Кристиной невозможно, но он хочет решить эту проблему цивилизованным путем и обеспечить ее квартирой на территории России, где она сможет жить с мальчиками. Со временем, считает Геннадий, дети сами смогут выбрать, где и с кем им будет комфортнее.

- Я до сих пор надеюсь договориться с Кристиной мирным путем, - признается Никитин. - Хотя эта надежда тает с каждым днем. Например, 9 июня у Артура был день рождения, а я даже не смог поздравить сына по телефону - супруга в категоричной форме отказала мне в разговоре с ним.