Столетний петербуржец делает зарядку и собирается на выборы

Бог хранит

Вообще-то официально Виктору Кумищеву исполнилось сто лет 13 февраля. Но в 1912 году, когда он родился, действовал другой календарь, и на дворе было 26-е число. Так что он по привычке считает, что это и есть правильная дата. А по старому стилю или новому - неважно.

- Не знаю, как так получилось, что я до ста лет дожил, - смеется юбиляр. - Может, у меня условия так сложились. Питался, наверное, хорошо: после революции отец увез меня к дедушке в деревню. Там было свое хозяйство, продукты чистые, натуральные. И потом я тоже каждый год в деревню ездил - косил, пахал, боронил. А при Хрущеве мне дали участок в Рощино. Мы с женой сами стали все выращивать. У нас и помидоры, и огурцы, и перцы - не то что в магазине. Кроликов разводили, курочек.

Виктор Никодимович - ветеран Финской кампании. В 1939 году его забрали в армию на сборы, и он оказался на Зимней войне. Служил артиллеристом.

- Бог меня хранил. Как-то был сильный обстрел, мы сидели в укрытии. Я - у входа. Тут прибежал мой друг. Говорит: «Подвинься». Я ему место и уступил. А через минуту ему осколок в грудь попал. Не прибежал бы он тогда - я бы на том месте сидел и не дожил бы до ста лет.

Всю жизнь Кумищев работал. В основном на военных предприятиях. Он слесарь-инструментальщик высшего разряда.

- Когда Великая Отечественная началась, нам всем дали бронь, - рассказал Виктор Никодимович. - Завод отправили в Новосибирск. Мы работали по двенадцать - шестнадцать часов, делали оптику для авиации и артиллерии. Однажды хотели нас забрать в армию, но директор не отдал. Сказал, что ему нужны квалифицированные рабочие, а здесь их не найти. С кем он работать будет?

Везение?

- Я никогда не курил, - делится рецептом долголетия Кумищев. - И не пил. У меня была норма по праздникам - сто граммов. Наливал и отхлебывал весь вечер.

- Как же не курил? - шутливо поддела отца дочь Вера. - А как же фотография, где ты с сигаретой?

- Попробовал один раз - не понравилось, - отмахнулся Виктор Никодимович.

Родных у юбиляра - на зависть: две дочки, три внука, четверо правнуков и еще двое праправнуков. Вот жена Аня, к сожалению, не дожила. Ее не стало в 92 года.

- После войны я вернулся в Ленинград. Иду к товарищу, и вдруг меня женщина окликнула, - рассказал историю знакомства Кумищев. - Мы с Аней до 39-го года на рабфаке учились. Прожили вместе почти шестьдесят лет душа в душу.

Последний день жены Виктор Никодимович помнит, будто это было вчера:

- Накануне вечером мы гуляли. А утром я встал пораньше, чтобы на дачу поехать. Приготовил завтрак, попрощался и уехал в Рощино. Но днем дождик пошел, я и вернулся. А она у ванной упала и лежит, еще живая. Я «скорую» вызвал, но ее не спасли. Вот так - утром попрощались, а днем умерла.

- Бог его вернул, - кивнула дочь Людмила. - Если бы не дождь, он бы на даче до ночи сидел. Какая у них любовь была! Мама вышивать училась - и он с ней, помогал задания делать. Вот салфетки на столе - папино искусство.

- Главное - семейная обстановка, - согласился отец. - Дочери - это мое счастье. У нас никогда никаких конфликтов, бывало разное, но все мирным путем решалось.

Тридцать лет назад Кумищевы построили кооперативную квартиру в Приморском районе. Там Виктор Никодимович и живет. По-прежнему каждое утро - зарядка, каждый вечер - прогулка. До 94 лет еще и на лыжах ходил.

- Сейчас сдал маленько, уже не так хорошо себя чувствую, - говорит он. - Но силы еще есть. За город теперь редко езжу - на дачу раз пять в год, тяжело далеко ходить.

- Но папа до сих пор готовит сам, - добавила Вера. - Борщи, гороховый, рыбный суп. Вообще супы - это обязательно.

- Бабушка, папина мама, дожила до 105 лет, - припомнила Людмила. - Она тогда сказала: «Я больше не хочу жить, мне неинтересно. Хочу к Никодимушке». А папе - интересно! Он вот Олимпиадой в Сочи интересуется, поехать на нее собирается.

- Мы с женой в Сочи часто в отпуск ездили, - объяснил ветеран. - Хочу посмотреть, как там будет.

- Сто лет - это не везение, а закономерность, - уверена Вера. - Папа легкий человек, не обижает никого и сам обиду не держит. Скорее простит, чем осудит. Он до сих пор галантен по отношению к дамам, но женщина всей его жизни - наша мама.

Виктору Кумищеву исполнилось сто, как и много лет назад его маме.

Политграмота

- Я очень доволен тем, как сейчас живу, - говорит юбиляр. - Когда пропал коммунистический режим, я был рад. Я ведь испытал его на своей шкуре. Мой папа служил в охране царя, и за это его поразили в правах. Хотя он работал для советской власти и комитеты бедноты создавал. Он по профессии портной был, но все умел. Разве он виноват, что его в армию призвали и в охрану поставили? Меня это всегда угнетало: за что его так?

- Теперь свобода слова. А тогда я боялся сказать хоть что-то, - вспоминает Кумищев. - Вдруг говоришь со стукачом? В 1934 году, когда убили Кирова, начались репрессии, особенно против нерусских. А мой отец был поляк. У нас и фамилия была Кумищо. Мы ее переделали в Кумищев, чтобы скрыть. Сейчас прогресс, люди стали свободнее себя чувствовать, ездят за границу. Раньше такое было невозможно.

Ветеран на жизнь не жалуется - пенсия 28,5 тысячи рублей, ему хватает. Да и семья помогает.

- Так что на выборы пойду, голосовать буду, наверное, за Путина, - признался Виктор Никодимович. - Он честный, энергичный молодой человек. Хотя обещать можно что угодно, но я ему верю. Вот Жириновский много говорит, много обещает, но что он может сделать - не знаю. Зюганова я вообще не понимаю: как он относится к прошлому тоталитарному режиму? А Прохоров - олигарх, мне это не импонирует. Кого выберут - не знаю, но очень хотелось бы, чтобы человека, который стремится сделать хорошую жизнь для большинства людей. У нас уж очень огромный разрыв между богатыми и бедными, много коррупции, воровства. Надо бороться с этим, хотя очень сложно. Ну как застукать человека, который берет взятку?