Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+31°
Boom metrics
Общество27 мая 2009 22:00

Когда из Апраксина Двора исчезнут криминал и нелегалы?

Эту историческую зону в самом центре города очищают от преступников много лет. Ликвидация в Апрашке уличной торговли, на которую списывали все беды, не помогла. Ходить через эту зону боятся даже милиционеры.

Ходить через эту зону боятся не только обычные питерцы, но даже милиционеры. А программа по профилактике преступности здесь не дает результатов.

Карманников отпускают с миром

Сейчас в суде рассматривается дело профессиональной карманницы-цыганки. Пока ее окружение из теток и чумазых детишек отвлекало внимание прохожих, она таскала кошельки у покупателей на Апрашке. Для оперов поимка такой преступницы - большая удача. Трудно поймать за руку и доказать вину. А тут повезло. Но суд отпустил карманницу под подписку о невыезде, и, скорее всего, приговор будет условным.

- У нее двое малолетних детей, питерская регистрация и нет судимостей, - пояснили корреспонденту «Комсомолки» в правоохранительных органах. - То есть масса смягчающих обстоятельств.

В Апрашке таких «профи» с чистой биографией и легальной пропиской предостаточно.Но не одними карманными кражами «жив» Апраксин двор. На прошлой неделе поздним вечером здесь напали на девушку. Срезая путь, она шла по Александровской линии. Ее догнал незнакомец, ударил по голове и вырвал мобильник. Грабежами тут в основном промышляют наркоманы, которые отнимают драгоценности и телефоны и несут в ближайшие скупки. Один знакомый продавец сотовых телефонов пояснил корреспонденту «КП», что после закрытия на Апрашке уличной торговли товар, который несут ему барыги, сильно потерял в качестве. А количество трубок, наоборот, выросло. Раньше, когда покупателей во дворе было достаточно, преступники выбирали жертв по достатку. Сейчас не до жиру - обирают всех подряд.

Недавно на Апрашке работали сотрудники миграционной службы. Они проверили всего два адреса и составили два протокола: за незаконное привлечение к трудовой деятельности иностранного гражданина (штраф до 800 тысяч рублей) и незаконную трудовую деятельность иностранца (до 5 тысяч). По-хорошему, нелегалов надо депортировать. Но у них денег на билет нет, работодатель за них не платит, а за счет государства отправлять накладно и долго. Вот их и отпускают. В Питере, заселенном гастарбайтерами, до сих пор нет центра временного содержания иностранных граждан, подлежащих депортации. По официальным заявлениям, его собираются в ближайшее время открыть в Красном Селе.

Только бизнес, ничего личного

Апрашка - уникальный конгломерат. Здесь заправляют не коренные питерцы, а приезжие иностранцы.

Больше всего граждан Азербайджана. Следом по численности - армяне. Афганцы на третьем месте. Потом идут узбеки, дагестанцы, грузины, китайцы и молдаване. Подсобную силу составляют таджики и киргизы.

В этнической специфике Апраксина Двора виноваты, говорят, войны. С конца 80-х в Питер хлынула волна беженцев из Афганистана, Карабаха, Приднестровья. Они умели только воевать и торговать. Вдоволь перестреляв друг друга и переделив рынок, к середине 90-х они раскупили торговые площади, возродили дух торгашества и организовали неформальный межнациональный синдикат.

- Апраксин Двор - целостная логистическая система, единый механизм доставки и хранения товара и прогонки денег, - констатирует зампредседателя Ассоциации арендаторов и предпринимателей «Апраксин Двор» Юрий Козлов.

Владельцы точек закупают товар в складчину у проверенных поставщиков. Во-первых, чем опт крупнее, тем дешевле каждому бизнесмену. Во-вторых, безопаснее. Фуры идут из портов или Черкизовского рынка колонной. Попробуй, ограбь караван из 20 грузовиков.

После объединения под эгидой бога Рубля на Апрашке первым делом соорудили домовую мечеть. Об этом попросила афганская община. Потом построили часовню, открыли арт-клуб, техникум, мастерские и даже завод по производству музыкальных инструментов.

Город в городе

Так на территории в десять тысяч раз меньшей площади Петербурга появился отдельный город. По вечерам тут своя жизнь. Не людная, но шумная. Со стороны корпуса № 1 по Садовой улице вибрирует воздух. Играет музыка в одном молодежном клубе, где, как судачит народ, местные китайцы толкают синтетические наркотики, а афганцы - растительные. На линиях и Яблочной площади ремонтируют машины. Этническая музыка из магнитол спорит по громкости с клубным «дынц-дынц-дынц». В соседних корпусах светятся окна. Это нерасселенные квартиры.

Сюда даже скинхеды не ходят. Казалось, в Питере нет лакомее цели для них.

- А их разорвут, - поясняют оперативники уголовного розыска Центрального РУВД. - Даже для краткосрочной акции в Апрашке нужно тысяч десять человек. Основная часть работников здесь и живет. Все выбегут из своих нор - скинам мало не покажется.

Будет комплекс - не будет преступности

В 2006 году Смольный заявил о том, что проект реконструкции Апраксина Двора отдадут одному инвестору. Примерно в то же время прокуратура проанализировала распространение очагов преступности в городе. Специалисты выделили больше 200 самых опасных точек. В их число попали парки, скверы, торговые центры, площадки перед станциями метро. Эти места решили превратить в зоны безопасности - оборудовать их камерами видеонаблюдения, тревожными кнопками и усилить милицейские патрули.

Апраксин Двор в перечень зон безопасности не включили.

Чиновники Смольного не раз признавали - да, в Апраксином Дворе могут ограбить в любой момент. Да, там существует наркоторговля. Но с переделкой рынка в многофункциональный комплекс эти проблемы по замыслу авторов проекта реконструкции должны уйти. А посему признавать рынок зоной безопасности и оборудовать дорогостоящими системами охраны на какие-то три-четыре года не нужно. Более того на Апрашке закрыли постоянный пункт милиции.

- Вместо этого территория включена в маршруты трех подвижных нарядов патрульно-постовой службы, - сказал корреспонденту «Комсомолки» зампредседателя Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности правительства Санкт-Петербурга Иван Бурлаков. - Также работает участковый уполномоченный.

Чиновники и правоохранители считают, что этого достаточно.

До перемен на Апрашке вроде как рукой подать.

- После передачи инвестору помещений Апраксина Двора, он согласно заключенному договору обязан начать реконструкцию, - заявили в КУГИ.

Другое мнение у Козлова:

- У инвестора нет утвержденного проекта, историко-культурной экспертизы, проектно-сметной документации. А еще надо решить имущественно-правовые вопросы с собственниками помещений. На это уйдет минимум 2-3 года без учета кризиса.

Такими деньгами не рискуют

Но вполне возможно, что рынок в его нынешнем состоянии простоит десятилетия. По понедельникам в Апраксин Двор приходит 15-20 грузовиков с контейнерами. В год - около тысячи. В каждом по 25 тонн текстиля, обуви, одежды, аксессуаров, мягких игрушек, сувениров. Годовой товарооборот такой же, как у одного из самых востребованных погранпереходов между Китаем и Россией - Суйфэньхэ. В денежном исчислении это порядка 4,5 миллиарда долларов. Примерно 75 процентов товара отправляют по торговым сетям, бутикам и рынкам. Опт - основная доходная статья Апраксина Двора. По некоторым данным, одежду, которую доставляют в Питер через этот рынок, покупает треть горожан - минимум полтора миллиона.

Бизнесменам, «завязанным» на Апрашке, такой товарооборот никогда не создать поодиночке. Поэтому-то они держатся в связке. Вместе через суд отстаивают квадратные метры и пишут письма президенту России.

- Пока борются законными методами, - настораживает Козлов. - Ну а если южан выгонят на улицу, -что будет? Кому станет хорошо и спокойно?

Есть ли выход

Любопытную идею высказал один знакомый оперативик, много лет проработавший в Апрашке:

- Чтобы избавиться от здешнего криминала, надо всю территорию выжечь огнем, снести, а на этом месте построить, например, стадион. Может, тогда и выветрится крепкий дух ворья, сброда и восточной базарщины.

Этот радикальный вариант, конечно, неприемлем. Но здравый смысл в этих словах есть: очевидно, что перепрофилирование Апраксина Двора необходимо. Заявления о реконструкции, закрытие уличной торговли - все это полумеры, которые слабо действуют. Рынок на Руставели пустует, а две тысячи продавцов и грузчиков, которые якобы лишились работы, по-прежнему обитают в Апрашке.

Получается, чтобы в корне переломить ситуацию, рынок надо «снять» с насиженного места и вместе с его обитателями-торговцами «перенести» в другое место. Но для этого властям и инвесторам надо очень сильно постараться.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Диаспоры держатся за Апрашку до последнего

Для диаспор, которые живут в основном за счет Апрашки, все больше тревожных звонков. Территорию огораживают по периметру забором. Машинам, которые приезжают за товаром, не въехать. На днях миграционная служба при силовой поддержке ОМОНа нагрянула в местную мечеть. Аккурат в пятничную молитву.

Мусульмане сочли поиск нелегальных мигрантов бесцеремонным и оскорбились.

- Это вредит бизнесу, - считает председатель правления «Союза афганских граждан в Санкт-Петербурге» Наиб Сафи. - Мои соотечественники (их на Апрашке работает около тысячи человек. - Прим. авт.) не знают, на сколько остаются и что делать.

Но господин Сафи уверен, что этнический бизнес будет держаться до последнего:

- Афганцам нравится Апраксин рынок, для них это родная среда. Есть постоянные клиенты, крупные деньги вложены в ремонт и обустройство корпусов.

- Но торговцев все равно попросят отсюда. Что тогда?

- Мы хотели переустроить их группами на другие рынки, человек по 50-100. Правда, есть проблема. Практически все забито. Если и есть точки, то неходовые и нерентабельные.

- Вы ведь привыкли к хорошим деньгам и вряд ли согласитесь на резкое снижение прибыли?

- В Апраксином Дворе продается в основном дешевый товар. Если, не дай бог, закроют Двор, предприниматели перейдут на реализацию более выгодного.

- А вам не кажется, что переезд этнических группировок с Апрашки спровоцирует очередной передел рынков, борьбу за те же «прикормленные» точки?

- Афганцы, считаю, в криминал не уйдут. Мы хорошие вояки, но это не значит, что в России будем показывать свою боеспособность. За прилавком стоят полковники, генералы и министры. У многих торговцев высшее образование, гражданство РФ, вид на жительство или временное разрешение на проживание. Мы не причастны к наркотрафику. Для афганцев, например, лучший вариант - отдельный рынок. Нам легче было бы контролировать своих. Но власти и правоохранительные органы, учитывая мировой опыт, боятся компактного размещения этнических групп.

ОСТРАЯ ТЕМА

Как живут выходцы из Средней Азии в нашем городе

Татьяна ЗАЗОРИНА

Об этом в пресс-центре «Комсомольской правды» рассказали представители узбекской и таджикской диаспор.

- При нашем землячестве мы организовали центр занятости, - поведал председатель Санкт-Петербургского узбекского землячества «Туран» Алиджан Хайдаров. - К нам обращаются работодатели, которым нужны сварщики, сантехники, дворники. Правда, в последнее врея все больше требуются разнорабочие на стройки. Вот недавно нам предложили там 500 вакансий.

- Сорок процентов приезжих таджиков - люди с высшим образованием, - рассказал о ситуации в своей диаспоре председатель общества дружбы российского и таджикского народов «Сомониен» Назар Мирзода. - Они преподают в школах и вузах, работают в милиции и других государственных структурах. Молодежь приезжает учиться в Петербург. Остальные идут на стройки, торговцами на рынки, водителями маршруток.Немаловажная деталь: в числе гастарбайтеров немало квалифицированных рабочих, которые трудятся даже лучше коренных петербуржцев.

Гости пресс-центра подчеркнули, что приезжие не занимают рабочие места петербуржцев. Напротив, они трудятся там, куда коренных горожан никаким калачом не заманишь, потому как не престижно - разнорабочими в крупных торговых сетях, грузчиками, уборщиками помещений.