Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+17°
Boom metrics
Звезды12 марта 2013 11:59

«Улицы разбитых фонарей»: пятнадцать лет без права передышки

Корреспонденты «Комсомолки» посмотрели, что происходит на съемочной площадке
"Я не могу объяснить одной фразой, в чем популярность сериала", - говорит Александр Половцев.

"Я не могу объяснить одной фразой, в чем популярность сериала", - говорит Александр Половцев.

Фото: Тимур ХАНОВ

По счастью, на этом двухэтажном здании на Васильевском острове нет вывески «Полиция». А иначе местные жители ломились бы в двери днем и ночью со своими проблемами. Ведь внутри – самый настоящий районный отдел: дежурная часть, «обезьянник», на стенах плакаты «Их разыскивает милиция», приказы МВД. И коридор с кабинетами. А в них – батюшки! – Соловец (Александр Половцев), Фирсов (Георгий Штиль), Волков (Михаил Трухин), Рыданов (Олег Андреев), Крымов (Михаил Лучко). Распутывают очередное дело. А точнее, сразу четыре – таковы будни съемочного процесса. А вообще сериал идет уже пятнадцать лет. Вот это долгожитель!

Стрихнин и бриллианты в одном флаконе

В одной из комнат идет совещание.

Андреев:

- Ну что, господа офицеры. На бумаге, изъятой у Маргариты Потапиной из комнаты Сабурова, обнаружены частицы стрихнина.

Половцев:

- И какие по этому поводу будут мысли?

Далее оперативники обсуждают наличие «пальчиков» и следов стрихнина на улике.

Половцев:

Все больше фактов указывает на то, что коробка с драгоценностями была украдена.

Трухин:

- С чего вы решили, что были драгоценности?

- А у тебя что, другое мнение?

- Конечно. А если это не бриллианты, предположим, а… стрихнин.

Половцев:

- Тогда у нас все сходится. Потом этот стрихнин могли подсыпать в водку Бандурину. Могло быть и так…

Другая сцена.

Допрашивают «убийцу поневоле». Молодой парень познакомился в интернете с девушкой. Влюбился. И по просьбе виртуальной знакомой совершил убийство. Теперь страдает.

Роль опера Волкова Михаил Трухин готов еще полвека играть, наверное.

Роль опера Волкова Михаил Трухин готов еще полвека играть, наверное.

Фото: Тимур ХАНОВ

Режиссер дает наставления:

- У него закрыты глаза. Накипело, и он никого не хочет видеть. Все внутри себя… Просто закрой глаза. Наденьте ему наручники.

Ты в Интернете переписывался, влюбился в нее, и ради какой-то виртуальной бабы совершил убийство. Глупость неимоверная!

Убийца, весь в себе, тихим голосом:

- Часа через три после убийства я написал ей… И она была очень удивлена этому. Хотя теперь я понимаю, почему. Гнида!

Она говорила мне, что у нее татуировка на запястье – лилия.

Лучко:

- Все верно, она ж Миледи!

Снимают вперемешку сцены из четырех серий.

- У нас в голове дела не путаются? – интересуемся у актеров.

- У нас путается, у режиссера путается, - смеются. - Но мы стараемся этот клубок совместно распутать.

Ничто человеческое не чуждо

- До сих пор, уже работая много лет в этом сериале, я не могу объяснить одной фразой, в чем его популярность, - говорит Александр Половцев. – Думал над этим. Раньше многие говорили: «О! Ментов показывают! Можно детей оставлять одних дома и идти в театр». «Наши пришли в дом» - вот так скажем. Наша простота существования в сериале вызывала у зрителя отзывчивость. Герои – такие же ребята, как и зрители. Мы были простыми людьми, которые входили каждый вечер в каждый дом. И позволительно было и выпить, и пошутить, и рассказать анекдот.

- Зрители помнят не столько детективную линию, сколько то, что было с тем или иным персонажем, - добавляет Михаил Лучко. - Тут простудился, там спина заболела, здесь у него собака, день рождения, новый год… Таким образом, мы становимся живыми. Не суперменами, что самое главное, как мне кажется, в этом формате. А обычными живыми, отчасти даже закомплексованными людьми, которые каждый день ходят на работу. Рутина, трудовые будни. Показываем внутреннюю кухню, а не только казенный кабинет. Этим, как мне кажется, и ценен этот сериал. Вроде я по фильму должен быть жестким. Но у меня есть ребенок и жена, с ними я общаюсь по-другому. Через такие вещи герой становится более объемным. Нельзя же работать одной краской. Мы понимаем, что герои должны быть разными, даже в рамках одного образа.

Времена меняются, а Жеглов с угрозой ворам все так же занимает почетное место в кабинете ментов.

Времена меняются, а Жеглов с угрозой ворам все так же занимает почетное место в кабинете ментов.

Фото: Тимур ХАНОВ

Если, например, мы идем по улице, сам Бог велел какие-то слова добавить, друг друга подколоть. И как показывает практика, именно это запоминается зрителю. Секрет уже пятнадцатилетнего успеха именно в том, что главное - не столько сами преступления, сколько эта команда, эти люди, их взаимоотношения, как они друг с другом общаются. Они практически семья, родственники. Ничто человеческое им не чуждо. Да хотя бы чайку с печеньем попить на рабочем месте!

Чаек-кофеек, кстати, находится тут же, как говорится, в шаговой доступности – на столе в холле. Каждый угощается когда хочет.

Откуда ни возьмись – котяра.

- Это наш Вася, - с чувством говорят сотрудники съемочной бригады.

- А Васю нашего видели? – спрашивают актеры.

Кот на площадку пришел сам. Откуда взялся, никто не знает. Но вот в кино не снимается. Как положено настоящему коту, делает только то, что сам хочет. Куклачева на него нет!

Не пьем, не курим, не материмся

В перерывах между съемками, пока переставляют свет, то да се, актеры подшучивают друг над другом. Александр Половцев напевает.

- Сериал-то ваш какой долгожитель, - присаживаемся с актером на диванчик.

- Ну и слава богу!

- Предполагали такое?

- Когда все начиналось, мы, честно говоря, ни о чем не думали. Радовались тому, что появилась хоть какая-то работа. Потому что в тот момент работы не было вообще. И мы не предполагали, что «Фонари» так долго продлятся.

- Вы по улицам ходите спокойно?

- Хожу, но не очень спокойно.

- Узнают?

- Конечно.

- Автографы просят?

- Просят. Я с удовольствием даю, когда есть время и я не спешу. Могу и сфотографироваться. И я никогда не поверю артистам, которые говорят: «Так все это надоело!» Да слава богу, ты этого достиг. Люди, бывает, работают от начала и до конца жизни в театре, и их никто не знает. Не гневи бога! Не лукавлю, честно могу сказать: мы снимаем уже столько лет, а я все с каким-то трепетом читаю новые сценарии. Вдруг что-то добавится к моему образу. Юмор, которого хотелось бы побольше.

- Куда ж юмор подевался?

- Сейчас мне говорят: к сожалению, вашему персонажу уже не позволяют шутить. Хотя раньше это было.

- Вы уже достигли таких степеней и званий, что уж и пошутить нельзя?

- Одна звездочка добавилась, стал подполковником. Если еще будут добавляться звезды, то, к сожалению, придется сидеть в ка-би-не-тах. А хочется еще побегать с пестиком, позахватывать, погоняться за преступниками.

- У вас же в этом году был юбилей, 55 лет…

- Я не отмечаю уже давно. В последний раз отмечал в 50 лет. А сейчас я каждый год на день рождения стараюсь уехать в теплые страны. Конечно, приятно получать подарки. Но зато люди не обременены покупками. Но в этом году, к сожалению, сорвалось. Отметил с мамой и папой.

- Скромненько, несмотря на круглую дату?

- Ну подумаешь, 88! (смеется). Конечно, можно поднять одно место со стула и то-то придумать. Но, как правило, мы заканчиваем съемки 29-30 декабря, уже особо что-то придумывать нет сил.

- С тех пор, как сериал появился, многое изменилось. Стала не милиция, а полиция. Вы в ногу со временем идете?

- Идем! Мы перестали пить и курить в кадре. Идем в ногу с новыми постановлениями правительства. Хотя я не думаю, что зрители, посмотрев на наших персонажей, стали чаще выпивать или курить. Но раз уж взялись за это… Многие говорят: «первые серии были лучше». Мне хочется ответить так: но время ведь тоже идет вперед. Сейчас уже не интересны многие вещи. Если зайти в кабинет к оперативникам, там тоже многое изменилось, появились компьютеры, гаджеты всякие. Хотя внутри мы остались теми же. Но если написать сценарий из тех времен, он уже, наверно, не пройдет. Будем надеяться, что мы не настолько надоели зрителю. И нас будут смотреть, любить, как в прежние годы.

- И материться совсем не разрешают?

- Нет! Есть черный список слов, которые нельзя говорить в кадре. Слава богу, мы идем в телевизионной сетке вечером. Я как-то видел дневной показ еще старых блоков «Фонарей» - там некоторые слова запикивают. «На хрена тебе это… пик… надо». Днем смотрят дети. А дети у нас, оказывается, таких слов не знают.

- Фантазия у сценаристов не иссякает?

- Иногда иссякает. Бывало, что как под копирку написано: убили, приехали, совещание, дали задание, разъехались. Бывает, в сценарии уже на семнадцатой странице понятно, кто убийца. А иногда, не хочется заглядывать в ответ на последней странице, но думаешь: «Но кто же, кто же?»

- Чем можно развеселить сценарий?

- Под себя подстроить, нормальным человеческим языком произнести слишком литературную фразу. Был случай, Соловец по сценарию говорит: «Не был ли бы ты так добр проехать... И не затруднит ли тебя потом…». И это без стеба! Ну вот он так вдруг заговорил. Перегрелся, наверно, или отморозил что-то.

- А как вы эту фразу переделали?

- Да я уже не помню.

- Персонаж на вас повлиял?

- Нет. Я очень скромный, белый и пушистый. Не могу ни на кого накричать. Потом долго переживаю. Но мне говорят: «Саша, здесь нужно сказать пожестче». А я думаю: что ж я на них все время ору-то?

- А вот плакатик у вас на стене висит «Их разыскивает милиция». А она уже – полиция!

- Извините, не успели поменять. Исправимся.

- Преступления за эти годы изменились?

- Да. И преступники тоже совершенствуются. Конечно, отмычки-то остались те же, но двери появились другие. Хотя, как бы это страшно ни звучало, убивают по-прежнему так же.

- Нет ли разрыв между киношной идеальной картинкой и тем, что за окнами? Ведь люди сейчас не доверяют полиции.

- Мы все-таки пытаемся тем, что мы делаем, донести до народа, что есть и хорошие. Те люди, которые сейчас расследуют убийства, в частности наши персонажи, это отдельная когорта – уголовный розыск. Может, и про них что-то нехорошее пишут. Но правда восторжествует. Помню, очень давно, мы еще только начинали снимать, у одной знакомой украли сумку. Мы пришли в милицию, написали заявление. И вот сидит передо мной оперативник. Тогда-то я еще не представлял, что это такое. А слякотно было на улице, сыро, мокро. И мы с ним общаемся, я смотрю на его обувь, а у него оторвана подошва. Большая такая щель. Я думаю: вот сейчас ему надо будет выйти на улицу… Слава богу, что есть люди, которые честно делают свою работу. Конечно, в семье не без урода.

- Вам не кажется, что стало больше подлецов и негодяев в той же полиции? Посмотрите, сколько сейчас случаев…

- Да перестаньте! Может, не больше стало, может, просто это вскрылось? Это ужасно, потому что из-за этих людей образуется мнение обо всех. А это не так. Мне кажется, хороших людей все-таки больше. Убрать, кто не годится для этой профессии, и все будет нормально.

Актерский состав по сравнению с первыми сезонами сильно изменился.

Актерский состав по сравнению с первыми сезонами сильно изменился.

Фото: Тимур ХАНОВ

Импровизация допускается

- Расколоть друг друга в кадре – святое дело, - рассказывает Олег Андреев. - А продержаться, не расколовшись, - достойно уважения.

Во время съемки Трухин несколько раз наступил на ногу Половцеву. А тому нужно на крупном плане вести диалог с серьезным лицом. Трухин жмет – Половцев и ухом не ведет.

А бывает, что и щекочут в кадре.

В этот день Евгений Дятлов (он играет Дымова) был не на площадке. Но друзья не забыли про его день рождения. Половцев и Трухин позвонили другу. А Андреев не успел сказать теплые слова – те уже положили трубку. Олег написал sms-ку: «Поздравляю, желаю…» – ну как обычно. Получает ответ: «Олежа, ты один человечище, меня поздравил. Эти негодяи меня не поздравляли. Один сказал, чтобы я вернул какую-то курточку костюмерам. А другой спрашивает: можно не отдавать пять тысяч долларов, потому что пошел слух, что ты все равно спился». В общем, разыграли человека.

Недавно была история. Снимали сцену, как герои – Андреев, Трухин и Лучко поют в караоке. Стали обсуждать:

- Ну что бы еще спеть? Давайте Аллу Пугачеву!

- Нет, давайте из репертуара Евгения Дятлова!

Трухин спрашивает:

- А кто это?

- Ты не знаешь Дятлова?!

Вот такие вкрапления.

Или Петрович у нас (Игорь Вуколов) читает газету:

- Во МХАТе премьера Гамлета. В главной роли Михаил Трухин.

- А кто это? – не могут удержаться коллеги.

- Это наши домашние радости, - поясняет Олег Андреев. - Маленькое невинное хулиганство. В сценарии этого, конечно, нет.

Сценарий – это клише, нельзя пятьсот серий написать одинаково талантливо. Все это и живет только за счет нашего юмора, наших взаимоотношений. За счет того, что мы друг друга знаем, тепло друг к другу относимся. Потихоньку жизнь привносим. Импровизация допускается. Иначе никак. Конечно, бывают бои с режиссерами, со сценаристами. Мы как-то раз с Кучерой договорились: «Давай один раз сыграем все как написано. Пускай посмотрят!» Но на первой же фразе сломались.

- Да у вас тут без чувства юмора не выжить!

- Конечно! Можно умереть от инфаркта – столько злобы не вынести! (хохочет) Если всерьез реагировать на все шутки.

Природа раскола необъяснима, тонкая вещь. Ловишь момент. Что-то скажешь, когда в курсе только четыре человека, и все удивляются: чего это они целый час хохочут безостановочно?

Михаил Трухин, как и Александр Половцев, с оружием за пятнадцать лет съемок стали на "ты".

Михаил Трухин, как и Александр Половцев, с оружием за пятнадцать лет съемок стали на "ты".

Фото: Тимур ХАНОВ

Сто очков вперед

Особый персонаж – Георгий Штиль. Не любить его невозможно.

В свои 81 год, а актер только что отметил день рождения, Георгий Антонович даст фору в сто очков любому молодому артисту. В сериале он – полковник Фирсов.

- Дожил до полковника, - смеется Штиль, когда мы с восхищением рассматриваем его мундир. - А так, по-моему, я капитан. У нас в Театральном институте уже при мне появилась военная кафедра. И нас выпускали в звании младшего лейтенанта. А потом, когда я уже в театре работал, меня время от времени вызывали и поздравляли с очередным званием. Кажется, я капитан.

В сериале Штилю приходится и на лыжах с горы бегать, и на коньках кататься. И все это он, бывший спортсмен, делает лучше многих. Сегодня съемка не такая экстремальная, всего лишь совещание. Подчиненные собираются у стола начальника.

- Ну что, я посижу, старик все-таки, а вы постойте, - улыбается актер.

- Да разве вас назовешь стариком? Вы так выглядите!

- Это хорошо, я стараюсь. Но время-то идет. Годы никуда не выбросишь. Раньше мне казалось, 80 лет – глубокий старик. Я очень люблю программу «Найди меня», когда встречаются люди, которые не видели друг друга по шестьдесят лет. Это очень трогательно, я всегда плачу. И тут показывали стрика, который болен и не может приехать. А я бы тут же прилетел с радостью, если бы кто-то хотел меня видеть. Хоть за миллион километров, Так что пока еще бодрость есть.

- Когда вам предложили играть в этом сериале, обрадовались?

- Конечно, обрадовался. Я прошу: «Господи, дай мне поработать еще лет десять!»

Что снимали в новых сериях

Человек на скамейке

Ранним утром на парковой скамейке обнаружен труп без документов. Неизвестный заколол его шилом. Патологоанатом рядом со следом ранения, повлекшим смерть, нашел старый шрам от точно такого же ранения. Также погибает одна из свидетельниц обнаружения трупа. Ее смерть неумело замаскирована под самоубийство.

Дом с привидениями

Большая питерская коммунальная квартира. Здесь отравился паленой водкой местный алкоголик. А чуть раньше от сердечного приступа скончалась тихая старушка. Ничего особо подозрительного, если бы один из соседей не убеждал бы всех , что оба погибших были убиты. В крови алкоголика нашли стрихнин. Кто-то из жильцов – убийца.

Один на один

Неизвестные стреляют из автомата по выходящей из ресторана супружеской паре. От полученных ранений на месте погибает беременная жена. Первоначальная версия: убить хотели мужа, владельца крупного бизнеса. Но бизнес принадлежал не мужу, а жене. К тому же у мужа оказались странные интернет-знакомства.

Тварь бессловесная

В парке найден труп молодой женщины. Ее ударили тупым предметом по голове. По всем приметам – ограбление, причем глухарь. Если бы не странный анонимный звонок в дежурную часть. Неизвестные сообщили, что погибшая – жертва заказного убийства, оплаченного на деньги жены ее любовника. Но убийцей окажется совсем не арестованная ревнивая жена.

КультураИнтересное