Санкт-Петербург
Общество28 октября 2015 16:11

У матери таджикского младенца, умершего в Петербурге, не было на него документов

Миграционная служба объяснила, как 5-месячный Умар Назаров оказался в полиции и больнице

«Комсомолка» продолжает вести собственное расследование таинственной гибели 5-месячного Умара Назарова в Петербурге. Напомним, таджикский мальчик умер в Центре медицинской и социальной реабилитации имени Цимбалина в ночь на 14 октября – спустя несколько часов после того, как сотрудники ФМС разлучили его с мамой, Зариной Юнусовой. 21-летняя женщина жила на территории России нелегально. Малыша увезли в Центр реабилитации из отдела полиции, а его маму отправили в Октябрьский суд – решать вопрос о депортации.

Смерть Умара всколыхнула таджикскую диаспору. Десятки трудовых мигрантов пикетировали здание консульства в Петербурге. Либеральная общественность и западная пресса не стала затягивать с выводами и разбираться в нюансах. «Виновными» назначили сотрудников ФМС, полицейских, а заодно врачей и Октябрьский суд (там Зарине Юнусовой якобы не предоставили переводчика).

Но по мере того, как выясняются новые детали короткой биографии несчастного Умара, версия о «кровавых мучителях» становится несостоятельной.

РЕБЕНКА ЗАБРАЛИ БЕЗ СВИДЕТЕЛЬСТВА О РОЖДЕНИИ

Вопросы к Федеральной миграционной службе, действительно, есть. Вместе с сотрудниками ведомства корреспонденту «КП» удалось буквально по минутам восстановить события 13 октября. Последнего дня жизни Умара.

- Наши сотрудники пришли на адрес: Лермонтовский проспект, дом 5, около 11 утра (смотрите «СПРАВКУ «КП»), - рассказал «Комсомолке» представитель петербургского УФМС, знакомый с ситуацией. Поскольку расследование ведет Следственный Комитет, наш собеседник попросил не называть его имени. – В квартире было трое: грудной ребенок, женщина и мужчина. Позже выяснилось, что это Умар, Зарина и Далер, дядя ребенка. Мы попросили документы, удостоверяющие личности, и свидетельство о рождении ребенка. В ответ услышали: документов нет.

Умар Назаров, вероятно, нуждался в серьезной медицинской помощи еще до 13 октября.

После этого сотрудники ФМС предложили Далеру (он единственный говорил по-русски) позвонить родне и попросить привезти документы.

- Обычная практика: часто у трудовых мигрантов нет при себе своих паспортов. Но они почему-то есть у родственников. Мы Далера спросили – привезут? Он сделал несколько звонков своей матери и снова категорично ответил «нет», - утверждает собеседник.

В общем, понятно, что сотрудникам ведомства не оставалось ничего другого, как отвезти всех троих в отделение полиции.

- Мы действовали по инструкции. Понимаете, находим мужчину, женщину и маленького ребенка и не знаем – откуда малыш? Не похищен ли он? В таких случаях мы обязаны были всех троих отвезти в участок для выяснения личности, - объяснил наш источник.

В отделении на маленького мальчика, имя и происхождение которого в тот момент не знали ни миграционщики, ни полицейские, составили «акт о доставлении подкинутого или заблудившегося ребенка». Обычное дело, когда находят «потеряшек» или малышей без документов.

- Опять же – все строго по инструкции. Вызвали карету «скорой», ребенка отправили с медиками. Маме через Далера объяснили, куда везут ребенка. Она не возражала, - говорит наш собеседник.

БАБУШКА ОПОЗДАЛА

Спустя несколько минут после того, как Умар уехал с врачами, к отделению полиции прибежала его бабушка, мать Далера. В руках у нее были документы и на мальчика, и на взрослых. Как выяснилось, пожилая женщина все-таки смогла сбежать с работы и принести бумаги.

- Если бы Далер с самого начала нам сказал, что документы принесут, что надо подождать – мы бы даже в отделение полиции никого не повезли! – эмоционально признается нам сотрудник ФМС.

Сказать, что Умару не повезло – вообще ничего не сказать. Почему его мама не озаботилась тем, чтобы держать документы под рукой? Почему Далер заявил, что никаких документов нет в принципе? Будем честны, в русском языке для всего этого есть одно простое слово: «безответственность».

Сотрудники миграционной службы признаются, что, мягко говоря, обескуражены случившимся. Мол, выявили классический пример незаконной миграции. А закончилось все так плохо.

- Мы очень переживаем. Кто знал, что мальчик умрет? Но вы и нас поймите: мы выполняли свою работу. Ни мы, ни полицейские не причинили вреда Умару. Действовали по инструкции, ребенка передали медикам в целости и сохранности, - объясняет собеседник.

Сотрудник отдела полиции по делам несовершеннолетних (ПДН) отвезла документы на Далера, Умара и Зарину в Октябрьский суд, где в тот момент уже решалась судьба молодой мамы. Именно благодаря расторопности работника ПДН суд пошел на встречу Зарине – не стал отправлять ее в «обезьянник», уже понимая, что на руках у нее маленький ребенок. И на заседании, кстати, женщине еще раз объяснили, где ее мальчик. Она согласно кивала головой.

Это уже потом таджикская семья нагородила огород из мелкого вранья – мол, документы у нас были еще в квартире, а Умара увезли непонятно куда, и Зарине не дали в суде переводчика… На то, чтобы отделить правду от вымысла, нам понадобилось несколько дней. Но миф об «угнетенных» таджиках Назаровых уже пошел в народ – и развеется нескоро.

Единственный, кого по-настоящему жалко во всей этой истории, - маленький Умар. До сих пор неизвестно, что происходило с ним после отправки в больницу. В Центре медицинской и социальной реабилитации Цимбалина официально не говорят ничего, а неофициально – самую малость. Только то, что ребенок был серьезно болен.

Так «внезапная» смерть маленького Умара Назарова с каждым днем кажется все менее внезапной.

ЛЕЖАЛ НА «ДОРАЩИВАНИИ» 40 ДНЕЙ

- Он родился на 34 неделе в роддоме при Боткинской больнице, - рассказал «КП» источник в следствии, знакомый с ситуацией. – И после выписки лежал на «доращивании» уже в другом медицинском учреждении.

Корреспонденту «КП» стало известно название учреждения. Речь идет о Детской больнице №17 Святого Николая Чудотворца. Поворот, надо сказать, любопытный: ведь в эту больницу (как и во все другие, кроме Боткинской) без медицинского полиса не попасть. А его-то у маленького Умара как раз не было – мы уже выяснили, что свидетельство о рождении ребенку оформили за несколько дней до смерти.

- Следствие сейчас общается с руководством детской больницы и пытается понять, кто и на каком основании положил туда Назарова, - рассказал наш собеседник. – Судя по всему, мальчик там находился нелегально. Не исключено, что кто-то из врачей пошел навстречу таджикской семье. Бесплатно или нет - выясняется.

Впрочем, это уже напрямую к делу не относится. Важно другое: Умар в больнице пролежал порядка 40 дней. И забрали его оттуда без одобрения со стороны медиков. Почему? Ответа на этот вопрос пока нет.

Отец малыша Рустам Назаров во всем винит ФМС, полицию и врачей.

Фото: Александра КРЫЛОВА

«СРАЗУ НЕСКОЛЬКО ДИАГНОЗОВ»

Казалось бы, тот факт, что Умар Назаров родился недоношенным и лежал в неонатальном отделении, не означает, что он был смертельно болен. В конце концов, выхаживают сейчас и более «ранних» деток.

И все-таки у малыша, похоже, было мало шансов.

- При рождении Умару поставили 95 баллов по шкале диагностики синдрома внезапной смерти младенцев (СВСМ – прим. Ред.). То есть риски, что он умрет в раннем возрасте, были крайне высоки, - пояснил нам источник в медицинских кругах.

При этом, напомним, семья Умара почти пять месяцев не оформляла ему свидетельство о рождении. Документы малыш получил только за несколько дней до смерти. Вероятно, семья все-таки осознала: ребенка надо срочно лечить.

Ранее в Центре медицинской и социальной реабилитации на условиях анонимности «КП» рассказали, что у мальчика было несколько серьезных заболеваний. Теперь эту информацию подтвердили и в следствии.

- Как минимум речь идет о печеночной недостаточности. Но там по предварительной оценке – сразу несколько диагнозов, - заявил наш собеседник из СКР.

Официальные результаты вскрытия к уголовному делу приобщат не раньше, чем в середине ноября. Пока же в документах в качестве причины смерти указана «ротовирусная инфекция».

В этой истории для нас остается теперь только одно «темное пятно» - это действия врачей Центра медицинской и социальной реабилитации. Отец погибшего ребенка Рустам Назаров под давлением фактов признался «КП», что Умар родился недоношенным. Но продолжает настаивать, что мальчик был здоров.

«Комсомолка» продолжает разбираться в этом громком деле.

СПРАВКА «КП»

Что происходило с Назаровыми 13 октября (по данным ФМС):

Около 11.00. Сотрудники ФМС заходят в квартиру к Назаровым на Лермонтовском проспекте. В квартире трое – ребенок, его мать Зарина и дядя Далер. Они отказываются предъявить документы. Сотрудники ФМС связываются с руководством районного отдела по делам несовершеннолетних. Принимается решение везти всех троих, включая младенца, в полицию для установления личности.

11.30. Умар, Зарина и Далер – в отделении полиции. Документов по-прежнему нет никаких. На младенца оставляют «акт о доставлении подкинутого или заблудившегося ребенка».

12.10. Зарина передает Умара полицейским и сотруднику ПДН, ее увозят в Октябрьский суд.

12.35. Поскольку происхождение малыша установить до сих пор не удается, его на «скорой» отправляют в Центр реабилитации детей. Спустя несколько минут прибегает бабушка Умара с документами.

13.30. Ребенок доставлен в больницу и передан врачам.

Около 14.30. В Октябрьском суде начинается заседание по делу о нарушении Зарины Юнусовой миграционного режима. В процессе сотрудник ПДН привозит из полиции документы на Умара. Но ребенок уже прибыл в больницу.

Около 19.00 заседание заканчивается. В этот час Центр реабилитации детей закрыт для посещения. Зарину Юнусову просят приехать в больницу 14 октября.

Утром 14 октября семье Назаровых сообщают, что Умар мертв.