Санкт-Петербург
Общество

Старейшему практикующему археологу мира исполнилось сто лет

Секретом своего творческого долголетия Василий Любин называет овсянку
Исследователь Кавказа сам стал кавказским долгожителем

Исследователь Кавказа сам стал кавказским долгожителем

Фото: Олег ЗОЛОТО

Самый великовозрастный практикующий археолог, знаменитый исследователь Кавказа Василий Прокофьевич Любин, отметил юбилей: 13 января первооткрывателю раннего палеолита в Армении, ветерану Великой Отечественной и просто удивительному человеку исполнилось ровно сто лет.

ЗАПАХ АРЕСТА

Будущий археолог родился в городе Николаев (Украина), в 1936-ом окончил школу и поступил на истфак Одесского университета.

– Никаких археологических практик или экспедиций у нас тогда не было, – вспоминает Василий Прокофьевич. – Но однажды я все же побывал на экскурсии на раскопках вместе с отцом.

Любин не успел сдать госэкзамены, как его и других студентов отправили на войну. Окончив зенитно-артиллерийское училище, он прошел германский фронт, затем служил на Востоке, прошел войну с Японией. Демобилизовался в чине капитана.

Наставником Любина был знаменитый востоковед Борис Пиотровский, а теперь находки Любина стережет его сын

Наставником Любина был знаменитый востоковед Борис Пиотровский, а теперь находки Любина стережет его сын

Фото: Олег ЗОЛОТО

– В 1946-ом я вернулся к родителям на Украину, но тогда там царил голод, найти работу было трудно, – рассказывает Любин. – К тому же нависла угроза над моим младшим братом: немцы угнали его на работу в Германию, французские войска освободили, а в те времена это было опасно. Знакомые намекнули, что нами заинтересовались органы безопасности. Это пахло арестом.

Фото: ИИМК РАН

Фото: ИИМК РАН

Кто-то посоветовал махнуть от всех бед в Закавказье.

– Мы с братом поехали вместе – и тогда я впервые увидел все великолепие Кавказа, – вспоминает археолог.

ПО ОКРЕСТНОСТЯМ ЦХИНВАЛА

Вот только и там устроиться не получалось: в поисках работы Любин объездил несколько городов, был в Азербайджане, Грузии. В учителя историка не брали, потому что он не знал местных языков. Деньги практически закончились, братья хлебнули немало горя.

Любин с дочерью

Любин с дочерью

Фото: Олег ЗОЛОТО

Но, к счастью, осенью 1947-го Василию Прокофьевичу предложили возглавить школу при колонии для детей-беспризорников в Цхинвале.

– Эта работа мне очень нравилась, – признается историк. – Но хотелось чего-то большего. Я стал интересоваться древнейшей историей Южной Осетии, бродил по окрестностям. Нашел наконечник стрелы. Потом медный топорик, который отнес в музей, и специалисты сказали, что это очень архаичный предмет: ранний медный век.

В каждом камне - своя история

В каждом камне - своя история

Фото: Олег ЗОЛОТО

Так учитель потихоньку втянулся в любительскую археологию. А когда узнал, что в городском лектории выступит Евгения Пчелина – известный историк, которая тогда временно работала не в Эрмитаже, а в местном НИИ, – прибежал на встречу, и после ее окончания попросился в экспедицию. Евгения Георгиевна согласилась: энтузиастов в послевоенное время было не так-то много.

Это стало переломным моментом в жизни Василия Прокофьевича, после которого он, все более увлекаясь, оставил учительство и целиком посвятил себя археологии.

КОТ В МЕШКЕ

В свою первую настоящую экспедицию будущий первооткрыватель отправился летом 1949-го.

– Мы привозили с собой из Ленинграда мешки сухарей и сливочное масло, которое охлаждали с помощью сосудов с холодной водой, – вспоминает Любин. – При разведке нередко находили остатки боеприпасов, мин и минных полей. Впрочем, некоторые следы войны даже приносили нам пользу: под Владикавказом обнаружили в отвалах, оставшихся от рытья окопов, памятники мустьерской культуры (300-30 тысяч лет назад. – Прим. ред.).

Были бы ноги здоровы, Василий Прокофьевич бродил бы по горам и сегодня

Были бы ноги здоровы, Василий Прокофьевич бродил бы по горам и сегодня

Фото: Олег ЗОЛОТО

Начинал палеонтолог с бронзы. Однажды молодой искатель сам открыл на окраине Цхинвала могильник бронзового века. Было время, когда команда Пчелиной присоединилась к экспедиции Бориса Куфтина, известного специалиста по бронзе.

С Пчелиной Любин проработал около двух лет. Когда Евгения Георгиевна поняла, что останавливаться ее напарник не намерен, то написала о нем Борису Пиотровскому, директору Ленинградского отделения Института истории материальной культуры и будущему директору Эрмитажа.

Поздравления юбиляру направили Мединский, Медведев и Путин

Поздравления юбиляру направили Мединский, Медведев и Путин

Фото: Олег ЗОЛОТО

– На ее предложение взять меня в аспирантуру Пиотровский ответил: «Кота в мешке не покупаем, пусть приезжает – посмотрим», – рассказывает профессор. – Я приехал в Ленинград. Он понял, что я мало искушен в археологии, но мой энтузиазм ему, видимо, понравился, – и благословение было получено.

ЖИРНАЯ КУРИЦА

В 1950-ом Любин явился перед экзаменационной комиссией, это был первый после войны институтский набор в аспирантуру. Сдавали немецкий (его, не без помощи педагогов, Любин еле вытащил на три), марксистско-ленинскую философию и археологию (оба сдал на «отлично»).

Открытки и подарки приехали с разных уголков планеты

Открытки и подарки приехали с разных уголков планеты

Фото: Олег ЗОЛОТО

– На экзамене по археологии чуть не произошел курьез, – рассказывает историк. – С рассказом о пещерной стоянке в Крыму справился легко, но вдруг раздался элементарный вопрос: «А это верхний палеолит или нижний?». И тут я призадумался. Спас член комиссии Сергей Бибиков: он очень выразительно посмотрел мне в глаза, а потом опустил взгляд вниз. Я ответил правильно.

Полевые работы археолог прекратил только в 98

Полевые работы археолог прекратил только в 98

Фото: Олег ЗОЛОТО

Научным руководителем аспиранта стал Пиотровский. Материала для диссертации у Василия Прокофьевича не было, а предложенная наставником тема не шла. Выручило то, что Любин продолжал разведки в Цхинвале: в одну из них он наткнулся на ашельское месторождение (1,76 миллиона – 150-120 тысяч лет назад. – Прим. ред.). Это были первые ашельские находки за пределами Армении и Абхазии. И, как сказал Пиотровский, у его ученика вместо тощего цыпленка появилась жирная курица.

Фото: ИИМК РАН

Фото: ИИМК РАН

В 1953-ем Любин успешно защитил диссертацию о каменном веке Южной Осетии, а в 1954-ом стал научным сотрудником Института истории материальной культуры, где работает и по сей день.

– В последний раз был в экспедиции два года назад, – делится Любин. – Еще был в состоянии: хорошо работали ноги. Сейчас уже не так, как раньше, наукой практически не занимаюсь, ибо очень ослабло зрение. Но понемногу пишу воспоминания.

ЭЛИТА ПАЛЕОЛИТА

Василий Прокофьевич прославился открытиями на Кавказе – в Армении, Южной Осетии, Абхазии, исследовал палеолит на Урале, в Туркмении, даже в Африке.

– Для нас Любин – символ Кавказа, – говорит директор Эрмитажа Михаил Пиотровский. – Мы гордимся тем, что храним его коллекции. Он доказал, что изучение палеолита – это элита археологической работы, показал, как это должно быть. Много лет назад он подарил мне потрясающей красоты нуклеус (осколок камня, используемый древними для изготовления каменных орудий. – Прим. ред.). Не знаю, что Василий Прокофьевич в него заложил, но если у меня что-то не так, я его касаюсь – и это помогает жить дальше.

Воспоминания Василия Прокофьевича не уместятся и в десятке томов

Воспоминания Василия Прокофьевича не уместятся и в десятке томов

Фото: Олег ЗОЛОТО

Каждый раз, когда столетний археолог находит камня, который держал в руках древний человек, он испытывает трепет.

– Сразу хочется разобраться, расшифровать, проанализировать эту находку, – признается исследователь. – Это не какая-нибудь кабинетная деятельность: археология – очень интересная многообразная работа. Этот камень значит для меня очень много. Я его боготворю.

Фото: ИИМК РАН

Фото: ИИМК РАН

Самым значительным открытием Любин называет пещеры Кударского ущелья в Южной Осетии: там, на месте стоянок древних людей, археолог вместе с соратниками сделал более семи тысяч находок. В момент открытия в 1955 году стоянки Кударо стали древнейшим памятником на Кавказе. Многие находки из тех пещер сейчас украшают Эрмитаж.

Ученика остается только равняться на дисциплинированного наставника

Ученика остается только равняться на дисциплинированного наставника

Фото: Олег ЗОЛОТО

– Работать с ним всегда было замечательно, – рассказывает ученик Любина, директор Института археологии и этнографии Сибирского отделения Михаил Шуньков. – Он неугомонный полевик, человек неукротимой энергии: в свои 98 он работал в горах, на высоте двух с половиной километров! В его экспедициях всегда особая атмосфера: доброжелательная и при этом требовательная. Нам, ученикам, оставалось только равняться.

ОВСЯНАЯ КАША

В честь векового юбилея археолога в институте устроили конференцию, куда съехались именитые ученые с разных уголков Земли. Поздравления Любину прислали Мединский, Медведев, Путин. Эрмитаж посвятил знаменитому искателю «суперсобытие» – перестановку полотен Леонардо: впервые за многие годы их переместили к противоположной стене зала.

И хотя Россия давно не империя, Любин теперь смотритель Императорской археологической комиссии

И хотя Россия давно не империя, Любин теперь смотритель Императорской археологической комиссии

Фото: Олег ЗОЛОТО

Поблагодарили Любина и первые лица Южной и Северной Осетии, Армении, Грузии и Азербайджана. Для них труды историка – один из способов «умиротворить все еще огнедышащий Кавказ».

Коллеги подарили юбиляру копию исторического знака – бляхи смотрителя Императорской археологической комиссии XIX века, от которой институт ведет свою историю.

Фото: ИИМК РАН

Фото: ИИМК РАН

– В чем секрет? Овсяная каша! – улыбается археолог. – Избегаю принимать в пищу то, что вкусно, но нездорово. А счастливым можно быть и после 90!.. Теперь вот смотрю на все это и думаю: хоть что-то, но я сделал.

ФОТОГАЛЕРЕЯ: Старейший практикующий археолог мира Василий Любин отмечает столетие.