2018-12-04T17:02:37+03:00

Петербург у руля: За семь лет на заводе Hyundai собрали полтора миллиона автомобилей

«Комсомолка» узнала, как в Северной столице делают самые популярные в России машины
Петр КИБЕР
Завод компании Hyundai начал промышленную сборку в январе 2011 года.Завод компании Hyundai начал промышленную сборку в январе 2011 года.Фото: Олег ЗОЛОТО
Изменить размер текста:

АВТОПРОМ, КАК «ТЕРМОМЕТР» ЭКОНОМИКИ

Уровень промышленного развития любой страны можно определить по одному единственному признаку: имеет ли государство собственное автомобильное производство. Автопром – это «термометр» экономики.

Во времена СССР советские граждане гордились самыми лучшими в мире ракетами, танками и самолетами, искусством. Но вот с автомобилями в Союзе было не очень. «Жигули», «Москвичи» и «Волги» хоть и являлись предметом гордости их владельцев, но сильно отставали в технологичности от иномарок. К концу 80-х годов прошлого века этот разрыв стал пропастью.

Но даже в СССР Ленинград никогда не претендовал на звание центра автомобильной отрасли. В Политехническом институте выпускали хороших специалистов, но работать они отправлялись в Горький (ныне Нижний Новгород – прим. ред.), Тольятти или Москву. «Свои» автозаводы у города на Неве были лишь на рубеже XIX-XX веков, когда в Петербурге работала «Экипажная фабрика Фрезе и К» одного из создателей первого русского автомобиля Яковлева и Фрезе. После начала Первой мировой войны в город на Неве из Риги перебрался знаменитый «Руссо-Балт», был еще «Лесснер», но октябрь 1917 года поставил крест на всех планах.

Уже после революции на Путиловском заводе кроме тракторов стали собирать броневики для нужд красной армии, А в 20-30-х годах прошлого века ленинградские авторемонтные предприятия пытались выпускать единичные экземпляры легковушек, например, «Л-1». Но дальше экспериментов дело не пошло. Да, город был промышленным гигантом, но автопромом не занимался.

А вместо сердца - "пламенный" мотор. Фото: Олег ЗОЛОТО

А вместо сердца - "пламенный" мотор.Фото: Олег ЗОЛОТО

ИЗ КУЛЬТУРНОЙ СТОЛИЦЫ В «РУССКИЙ ДЕТРОЙТ»

Но при СССР власти Ленинграда не могли просто сказать: «Хотим делать машины». Какой завод и где строить – решали в Москве. При плановой экономике лишняя конкуренция внутри страны была не нужна. Все изменилось после 1991 года. В России появились заводы, на которых начали собирать иномарки.

В 2002 году в Ленинградской области запустил свой конвейер всеволожский Ford. Уже к 2008 году в окрестностях «русского Детройта» работал завод американской компании General Motors, а также японские Nissan и Toyota.

«За» город на Неве сыграли удобная и удачная логистика – близость к Европе, откуда идет часть комплектующих и оборудования, наличие морского порта, куда приходят контейнеры с деталями, развитая транспортная сеть, по которой машины можно отправлять в другие регионы.

Посчитав все «за» и «против» в Петербург пришел и крупнейший корейский производитель Hyundai Motor Group (включает в себя Hyundai Motor и Kia Motors), в 2008 году начавший строить завод полного цикла в Курортном районе Северной столицы.

ПОГЛАДИТЬ, ПОЖЕНИТЬ, УМЫТЬ

Завод компании Hyundai (официальное название – «Хендэ Мотор Мануфактуринг Рус» или сокращенно ХММР) начал промышленную сборку в январе 2011 года, и скоро с конвейеров уже сходили более двухсот тысяч машин в год. Сейчас здесь собирают три модели: Hyundai Solaris, Hyundai Creta и Kia Rio. А недавно, в феврале 2018 года, на предприятии сделали полуторамиллионный автомобиль.

Первое, что встречает человека, приехавшего на Горское шоссе, где стоят производственные корпуса – парковка для работников. По большей части она патриотично заполнена родной продукцией.

Первый этап рождения автомобиля происходит в цеху штамповки. Здесь многотонные вырубные прессы мощными ударами создают детали будущих легковушек и кроссоверов. За четыре операции из стального листа получается боковина, двери, капот, крыша и другие детали кузова.

Процесс штамповки почти полностью автоматизирован и лишь оператор у пульта управления следит за отсутствием ошибок. Фото: Олег ЗОЛОТО

Процесс штамповки почти полностью автоматизирован и лишь оператор у пульта управления следит за отсутствием ошибок.Фото: Олег ЗОЛОТО

- У нас есть несколько комплектов сменных штампов, что позволяет оперативно подстраиваться под производственную необходимость и выпускать детали для одной из четырех собираемых на заводе моделей, - рассказала руководитель PR-службы ХММР Мария Мальцева.

Сам процесс штамповки почти полностью автоматизирован и лишь оператор у пульта управления следит за отсутствием ошибок или сбоев.

Результатом работы цеха становятся стройные ряды заготовок, которые погрузчиками доставляют на линию сварки. Фото: Олег ЗОЛОТО

Результатом работы цеха становятся стройные ряды заготовок, которые погрузчиками доставляют на линию сварки.Фото: Олег ЗОЛОТО

Результатом работы цеха становятся стройные ряды заготовок, которые погрузчиками доставляют на линию сварки. Тут присутствия человека еще меньше. Мощные клешни роботов сами спаивают части «конструктора» в цельный каркас. Но какой бы точной ни была машина, а без живых глаз и рук проконтролировать качество пока невозможно.

Операторы гладят ладонями каждую деталь, чтобы на ощупь найти малейшую неровность. Фото: Олег ЗОЛОТО

Операторы гладят ладонями каждую деталь, чтобы на ощупь найти малейшую неровность.Фото: Олег ЗОЛОТО

Операторы гладят ладонями каждую деталь, чтобы на ощупь найти малейшую неровность – вдруг от сварки прикипела капля металла - и устранить ее. Дальше, после нескольких операций, собранный и подготовленный к окраске кузов идет в цех окраски, где купается в ванне с защитным грунтом и получает свой цвет из «рук» очередных роботов.

Затем заготовка попадает в сборочный цех. Здесь самое большое число сотрудников, которые вручную комплектуют ползущий по линии конвейера автомобиль электрикой, элементами салона, бамперами и передней панелью. Дальше идет процесс, когда-то остроумно названный «свадьбой».

В городе на Неве всегда хотели производить машины, но получилось это только в наше время. Фото: Олег ЗОЛОТО

В городе на Неве всегда хотели производить машины, но получилось это только в наше время.Фото: Олег ЗОЛОТО

В машину ставят двигатель, собранный на подрамнике вместе с коробкой передач и приводами колес. После того, как кузов и мотор «поженились», остается доукомплектовать авто сиденьями, запаской, и вклеить лобовое стекло. Дальше легковушка встанет на колеса и отправится на линию проверки, где контролеры сверят комплектацию, осмотрят кузов и прогонят автомобиль под струями воды, чтобы исключить возможность протечки.

Блестящими, «умытыми», с горящими фарами, машины выезжают из цеха и ровными рядами встают на площадку готовой продукции в ожидании автовоза. Именно отсюда их, с клеймом «сделано в Петербурге», повезут по городам России.

ГЛАВНОЕ – ЛЮДИ, А НЕ РОБОТЫ

Как говорят сами корейцы, заводчанам: «Вы счастливые, потому что знаете, для кого делаете машины». И это правда, ведь почти все полтора миллиона собранных здесь автомобилей, проданы в нашей стране. С корейских заводов продукция по большей части идет на экспорт.

Но автопроизводство – это не только станки или роботы. Главное, как и везде – люди.

- У нас на предприятии более 2200 человек и 99 процентов из них - это петербуржцы. При этом почти все, придя на завод, остаются надолго. Работают по пять и больше лет, - рассказал директор по производству Андрей Казак. – И мы это ценим, двери у начальства всегда открыты – любой человек может зайти, поговорить, обсудить производственные или личные проблемы.

Директор по производству Андрей Казак. Фото: Олег ЗОЛОТО

Директор по производству Андрей Казак.Фото: Олег ЗОЛОТО

А распространенное мнение, будто на иностранных заводах россияне остаются на вторых ролях, оказалось всего лишь мифом.

- Я работаю здесь уже семь лет. Начинал с обычного сборщика, стал бригадиром. После обучения в Корее рос дальше, и теперь руковожу сменой в триста человек, - рассказывает бригадир сборочного цеха Андрей Беспалов.

Сейчас все управленцы в цеху сборки – россияне. Почти все инженеры «выросли» из простых рабочих, имеющих соответствующее образование. Кроме того, на ХММР есть Департамент качества, сотрудники которого заняты тем, чтобы сделать именно наш, российский автомобиль, лучше.

Андрей Беспалов - руководитель смены цеха сборки. Фото: Олег ЗОЛОТО

Андрей Беспалов - руководитель смены цеха сборки.Фото: Олег ЗОЛОТО

- У нас карьеру сделать может любой, были бы способности, - подхватывает Андрей Казак. – Главное учить английский, так я всем говорю. Это сейчас на любом современном предприятии необходимо.

Конечно, можно сказать, что работодатель сам заинтересован в качественных кадрах, но ведь и город получает подготовленных высококлассных специалистов. На данный момент самый острый кадровый голод в отечественной промышленности – в инжинерии. После многих лет, когда молодежь массово училась на юристов и финансистов, оказалось, что «синие воротнички» нужны гораздо больше.

ОТЕЧЕСТВЕНОЕ НОУ-ХАУ

На заводе Hyundai стремятся развеять стереотипы о непрестижности работы на конвейере. Здесь чуть ли не ежедневно устраивают экскурсии по цехам. И большую часть «туристов» составляют старшеклассники и студенты.

- Ежегодно к нам на завод приходят по пять-шесть тысяч человек, - говорит Мария Мальцева. – Это ребята, которые учатся на технических специальностях, или интересующиеся автопроизводством. У нас на заводе уже есть работники, которые когда-то приходили на экскурсию.

На конвейере работают и женщины. Фото: Олег ЗОЛОТО

На конвейере работают и женщины.Фото: Олег ЗОЛОТО

Все это помогает молодежи понять, что жизнь есть не только в офисе за компьютером. Быть классным штамповщиком или оператором линии также интересно. Более того, для этого нужен талант. Петербургское предприятие - единственное в мире среди всех заводов Hyundai Motor, где за один «удар» штамповочного пресса научились делать четыре внутренние панели двери, а не две. Это наше, российское ноу-хау.

Да и на линии никто не пытается сделать из человека робота. Все сотрудники, а среди них есть и девушки, умеют выполнять как минимум четыре операции и в течение дня они меняются позициями, чтобы не зацикливаться на одном и том же. На заводе считают, что россияне – самые лучшие работники.

- Я уверен, что если нашему человеку дать соответствующие условия, то он будет выпускать более качественную продукцию, чем иностранцы, - считает Андрей Казак. – В декабре 2016 года мы стали лучшими среди всех предприятий Hyundai в мире.

Здесь уверены: это не «чужой» завод, а что ни на есть свой, российский.

- Конечно, на сто процентов наш! – с жаром заявляют все собеседники «Комсомолки». – Сейчас из десятков корейских инженеров, которые запускали производство восемь лет назад, в цеху сборки, например, остались только двое. Остальные – наши.

И это понятно, ведь если предприятие стоит на российской земле, а машины собирают россияне из произведенных в России комплектующих (из-за границы привозят лишь двигатели и часть электроники), то странно считать иначе.

КСТАТИ

Сейчас все три собираемых на ХММР модели, три входят в ТОП-5 самых продаваемых автомобилей в России. При этом предприятие работает в три смены со стопроцентной загрузкой.

Автомобиль готов! Фото: Олег ЗОЛОТО

Автомобиль готов!Фото: Олег ЗОЛОТО

Но останавливаться на достигнутом никто не собирается. Сейчас в Hyundai Motor рассматривают планы по строительству моторного завода в России И весьма вероятно, что он может появиться в Санкт-Петербурге, ведь компании ХММР принадлежит территория в двести гектаров на Горском шоссе, тогда как завод занимает всего шестьдесят из них.

Это российский завод. Фото: Олег ЗОЛОТО

Это российский завод.Фото: Олег ЗОЛОТО

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также