Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+32°
Boom metrics
Звезды30 марта 2019 18:30

Джоанна Стингрей в Петербурге: «Когда услышала песни Гребенщикова, я поняла, что делаю тупую музыку»

Американская певица представила книгу о ленинградской рок-тусовке
Джоанна Стингрей знала всех участников ленинградского рок-клуба.

Джоанна Стингрей знала всех участников ленинградского рок-клуба.

Фото: Артем КИЛЬКИН

Джоанна Стингрей - американский рок-музыкант, продюсер и журналист. Ее по праву можно считать главным популяризатором советского рока на Западе. Она приехала в Союз в 1984 году и познакомилась с солистом группы «Аквариум» Борисом Гребенщиковым, который ввел ее в тусовку рок-клуба, где были: Цой, Курехин, Науменко и многие другие. Джоанна была женой солиста группы «Кино» Юрия Каспаряна, а позже женой барабанщика группы «Центр» Александра Васильева, от которого родила дочь Медисон. В 1986 году Стингрей выпустила сборник «Красная волна» («Red Wave») - первый на Западе альбом с записями нового русского рока. А сегодня 58-летняя Джоанна представила в Петербурге свою книгу «Джоанна в стране чудес». Мы встретились с певицей в студии радио «Комсомольская правда» в Санкт-Петербурге в программе «Проверено временем», чтобы поговорить о Ленинграде, роке и знаковых личностях того времени.

- Джоанна, расскажите, о чем эта книга?

- Эта книга о моих воспоминаниях того времени, о людях. О моем пребывании в СССР, которое было связано с советским роком и такими культовыми личностями как: Борис Гребенщиков, Виктор Цой, Юрий Каспарян, Сергей Курехин и многие другие.

- Вы начали увлекаться роком задолго до приезда в СССР, расскажите, как это получилось?

- Это вышло случайно. Мне было 16 лет, когда я впервые влюбилась в рок-музыканта. Он был спекулянтом, мог достать билеты на любой концерт, лучшие места. Он водил меня на концерты Девида Боуи, Пола Маккартни и других. Так началась и моя история.

В 1987 году Джоанне отказали в визе, но она все равно прилетела, чтобы выйти замуж за гитариста группы «Кино» Юрия Каспаряна.

В 1987 году Джоанне отказали в визе, но она все равно прилетела, чтобы выйти замуж за гитариста группы «Кино» Юрия Каспаряна.

Фото: из личного архива

- Как получилось, что вы попали в Союз? Как начали увлекаться русской культурой?

- Это тоже дело случая. В 80-х я делала свою рок-музыку в Америке, а потом у меня начались проблемы с менеджером, и на какое-то время я забросила музыку. В Лондоне у меня жила сестра Джуди, и я захотела к ней приехать. Я позвонила ей, а она ответила, что уезжает на гастроли в Россию и предложила поехать с ней. Так впервые в 1984 году я приехала в Москву, а из Москвы отправилась в Санкт-Петербург. Помню было жутко холодно. Но со временем я влюбилась. Я всегда чувствовала энергию Санкт-Петербурга, это прекрасный город. А Москва больше похожа на Нью-Йорк: буйство, пробки, все бегут куда-то. У русских есть большая связь с землей, в Америке такого нет, потому что мы все из разных стран.

- А как вы в итоге попали в ленинградскую рок-тусовку?

- У меня был друг в Америке, который дружил с Борисом Гребенщиковым. Он позвонил мне и сказал: «Познакомься с ним, он очень крутой рок-музыкант». А я подумала: «Рок? В России? Не может быть!» Но решила встретиться с ним, я подумал, что ему будет круто послушать настоящего рок-музыканта из-за океана. А потом я попросила его сыграть и поняла, что он большой музыкант. Это была фантастика, я сразу стушевалась, поняла, что я не артист, а моя музыка наивная и тупая. Мне захотелось быть рядом с ним и чувствовать эту энергию. Потом Борис взял меня в рок-клуб и познакомил с другими музыкантами.

Джоанна утверждает, что с Борисом Гребенщиковым они только целовались и были хорошими друзьями.

Джоанна утверждает, что с Борисом Гребенщиковым они только целовались и были хорошими друзьями.

Фото: из личного архива

- Вы были хорошо знакомы со многими рокерами, как думаете, почему именно Виктор Цой стал настолько популярным?

- Для меня он сильно отличался от всех в первую очередь своей энергией. С одной стороны он сам понимал, что он не такой как все, но, с другой, он отождествлял себя с обычными людьми. С такими же проблемами и внутренними противоречиями. Я брала у него интервью после того, как он закончил сниматься в фильме «Игла» и спросила: «Зачем тебе это понадобилось?». А он ответил: «В нашей молодой России нет героев, все смотрят на Шварцнеггера и Сталлоне». Он понимал, как важно, чтобы в России появлялись свои герои. Он чувствовал людей и писал о каждом из них - о клетке внутри и об освобождении из нее.

- Вы записали знаковый альбом «Красная волна», который «познакомил» Запад с русским роком. Как вы выбирали музыку для этого альбома?

- Когда я вернулась в Америку, я начала рассказывать всем, что в России отличная рок-музыка. Я показала им фото, дала послушать песни и мне сказали, что это отлично. И я задумалась, почему бы не издать пластинку. Поговорила с Борисом, и он согласился. Я решила записать и другие группы, ведь это будет первая пластинка русского рока на Западе и выбрала четыре группы. Позже у меня все спрашивали: «Почему «Зоопарка» не было на этой пластинке?». Я не знаю. Майк Науменко писал отличный стрит-рок, и его музыка была схожа с западным стилем. «Зоопарк» отличная группа, но этого не случилось, можно сказать, что я выбрала тех, с кем больше общалась.

- Какое впечатление произвел на вас фильм «Лето», фильм о ленинградском рок-клубе и начале пути Виктора Цоя?

- Впечатления двойственные. У актера, сыгравший Цоя (Тео Ю – прим. Авт.) не было такой энергии, как у Виктора. Для меня не может быть фильма о Цое, если в нем не чувствуется энергия Цоя. В фильме показано, что учителем Цоя был Майк, а на самом деле это был Борис. Получается половина фильма – это реальные факты, а половина -вымысел. Если отбросить эти моменты, то в целом фильм мне понравился.