Современное производство – это практически искусство

Елена Бакун, начальник отдела экологии РУСАЛа. Фото из личного архива героя публикации.

В Ленинградской области продолжается общественная дискуссия вокруг планов по строительству нового глиноземного завода. Ранее мы публиковали интервью генерального директора ЛГЗ Анатолия Голованова, в котором он рассказал об истории отечественной алюминиевой промышленности и назревшей необходимости создания нового современного глиноземного производства для обеспечения сырьевой безопасности страны. Сегодня мы поговорили с биологом, экологом, начальником отдела экологии РУСАЛа Еленой Бакун о трендах в области промышленной безопасности и о том, как выглядит современное производство.

Справка

Елена Бакун по образованию биолог и эколог. Начинала свою трудовую деятельность в фундаментальной науке: занималась биоразнообразием лесов – работа, которая предполагает экспедиции в дикую природу и высокотехнологичную работу с геоинформационными системами. Последние 15 лет работает в прикладной сфере промышленной экологии, а в РУСАЛе 2018 года.

Елена, как изменились технологии и системы защиты окружающей среды на крупных промышленных производствах за последние 40-50 лет – в мире и в России? Куда «пришла» промышленность в этой теме?

Возьму на себя смелость сказать: по сути – вся целенаправленная и структурированная деятельность по охране окружающей среды появилась как отдельное направление как раз около пятидесяти лет назад, в 70-е годы прошлого века. В это время выкристаллизовались представления об устойчивом развитии, как о балансе экономических, экологических и социальных аспектов. Агентство по охране окружающей среды США (US EPA) было создано в 1970, Комитет охраны природы СССР – в 1988 году, а агентство в Великобритании – в 1996 году. Эти даты ярко говорят о том, что было раньше. Раньше были другие приоритеты.

Сегодня уже считаются обычными технологии, материалы и аналитические методы, чье широкое использование было трудно себе представить еще 10 лет назад. Сегодня требуется быть не просто грамотным специалистом, но и визионером. Проектируя современное производство, необходимо использовать самые современные подходы, чтобы обеспечить устойчивость и конкурентное преимущество на несколько десятилетий вперед.

Охрана окружающей среды в промышленности направлена на минимизацию воздействия предприятий на природу, на создание безопасных и комфортных условий труда для сотрудников – а также на «замыкание» производственных циклов для безотходных производственных цепочек.

Сегодня мы сталкиваемся с парадоксом: общественность в дискуссиях об экологических рисках часто обращается к проблемам предприятий, созданных почти полвека назад. Правомерно ли такое сравнение – или мы должны ориентироваться на лучшие мировые образцы?

Да, это правда. И, конечно же, строго говоря – часто такие сравнения совершенно некорректны. Например, нельзя сравнивать предприятия, перерабатывающие разные руды – и имеющие поэтому совершенно разный способ производства.

Но, с другой стороны, – у людей ведь нет другого опыта. Они транслируют тот, который имеют. Это стоит умножить на общую тревожность, на особенность распространения информации: массово множится информация о ярких негативных событиях. Про хорошее люди, как правило, не говорят.

Конечно, нужно и показывать, и обсуждать прежде всего лучший мировой опыт. Те же технологии глиноземного производства за последние полвека ушли далеко вперед – как в области самого производства, так и в сфере защиты окружающей среды. Но вы правы: парадокс в том, что увидеть их можно только в других странах. Сегодня это прежде всего Китай, а также Индия, Индонезия, Саудовская Аравия, ОАЭ.

Мне кажется, что промышленный туризм в этой связи стоило бы переориентировать с исторического наследия на современность и на будущее. Кстати, один из современных трендов – открытость, при которой высокая степень автоматизации процессов сочетается с экспозитарностью производства, промышленные площадки открыты для широкой аудитории. И понятно, почему: современное производство – это практически искусство.

Можете немного рассказать об этих наиболее современных технологиях в глиноземной промышленности – как производственных, так и в области защиты окружающей среды?

Начнем с общей картины производства продукции из алюминия.

Сначала добывается минеральное сырье – руда. Из руды производится глинозем, химически представляющий собой оксид алюминия. Из глинозема – производится алюминий, а из алюминия – уже самая разная конечная продукция.

Далее, наиболее ценным первичным минеральным сырьем считается боксит. В нем высокое содержание полезного компонента, оксида алюминия – что в конечном итоге позволяет сократить затрачиваемые ресурсы, количество отходов и углеродный след продукции.

Есть несколько разных способов глиноземного производства. Выбор способа производства зависит от того, какую руду перерабатывает завод. Метод Байера применяют при переработке качественных бокситов. Метод спекания – для переработки нефелиновой руды, которая имеет другие доли полезного элемента и примесей по сравнению с бокситом. Если же мы перерабатываем бокситы с высоким содержание кремнезема – применяем комбинированный способ, метод Байера и метод спекания. Есть и менее распространенные электролитические и кислотные способы.

Все эти методы современные, их выбор преимущественно зависит от сырья. А экологический след зависит от конкретного производства.

В России есть два глиноземных завода, работающие по методу спекания нефелина: в Ачинске и в Пикалево. А также два завода на Урале, работающие по комбинированному методу Байер-спекания.

Предполагается новый завод в Ленинградской области будет работать по методу Байера. Это гидрометаллургический процесс. По сравнению с пирометаллургией - методу спекания - он дает заметно меньше пыли.

Теперь о технологиях защиты окружающей среды. Обычно общественность беспокоят проблема «пыления», сброс промышленных жидкостей, а также отходы.

Борьба с пылением обеспечивается укрытием «пылящих» узлов производства, а также системами аспирации и пылегазоочистными установками. Аспирация или вытяжка обеспечивает качество воздуха рабочих зон. Пылеулавливающие установки, преимущественно электрофильтры – очищают выбросы, а пыль возвращается в начало процесса, так как она содержит полезные компоненты.

Любое современное производство стремится к реализации концепции «замкнутого производства и цепочек поставок». В частности, это подразумевает использование систем замкнутого водооборота, когда промышленные воды используются многократно, в цикле. Это с одной стороны позволяет экономить сырье, с другой – снижает потребность в природной воде. И исключает сброс производственных стоков.

Остатки руды после извлечения глинозема называют шламом. Бокситовые остатки в своем составе содержат значительное количество оксида железа, поэтому имеют кирпичную окраску и исторически называются «красным шламом». Остатки нефелинов имеют серо-белый оттенок.

Во всем мире идут поиски способов использования шламов для исключения образования отходов. Переработка боксита дает относительно меньше шлама, чем переработка нефелина. В то же время продукция из нефелинового шлама более востребована.

Стоит отметит, что шлам является перспективным сырьем для строительной отрасли и для черной металлургии. Уже есть успехи в его применении, еще больше успехов в лабораторных условиях. Однако пока еще ни одна компания в мире не может заявить о решении этой задачи в промышленном масштабе. Ограничения в основном связаны не с технологией, а с логистикой и доступностью другого конкурирующего сырья.

Кстати

Методы хранения шлама

Шлам складируется в шламохранилища, которое представляет собой сооружение с гидроизолированным основанием и бортами. Сегодня для гидроизоляции применяются современные полимерные материалы, которые часто называют «геомембраной». Листы гидроизоляции укладывают на подготовленное основание и сваривают между собой. Для обеспечения устойчивости при смещении грунтов изоляция обладает растяжимостью в необходимом диапазоне температур. Кроме того, используется укладка изоляции с компенсационными складками. Практика складирования шлама в последние десятилетия смещается в сторону «сухого» хранения, обеспечиваемого современным оборудованием для сгущения и фильтрации шлама. При этом способе шлам обезвоживают в пресс-фильтрах – убирают свободную воду. Отделенные растворы называют оборотными. Они используется в режиме цикла, раз за разом возвращаясь в процесс и не сбрасываются в виде промышленных стоков. Сухой красный шлам представляет собой кусковой материал. Он складируется на шламовом поле. Поле не только изолировано от природного грунта, но и оснащено системой защиты от стекания в него атмосферных осадков с прилегающей территории, а также спринклерной (оросительной) системой для поддержания необходимой влажности поверхности шлама, исключающей пыление. Сухое складирование повышает доступность площадки для обслуживания, кардинально снижает вероятность аварий с разливом шлама, улучшает возможности оборотного использования растворов.

Резюмируя, отмечу, что сегодня в алюминиевой промышленности, как и во всей горнодобывающей и металлургической отрасли, интенсивно внедряются новые стандарты производства и защиты окружающей среды. Современное оборудование позволяет это сделать.

Новый глиноземный завод в России - это стратегический проект, который призван решить задачу сырьевой безопасности алюминиевой индустрии страны. Это масштабный и сложный проект. Вы могли бы рассказать – какую роль в нем будут играть оценки экологов, экспертов и представителей общественности?

Если коротко, то процедура разработки и согласования проекта регламентирована нормами Российской Федерации и выглядит следующим образом:

Объявление намерения. После осознания необходимости проекта или появления идеи, она проверяется на реализуемость: готовится предварительное технико-экономическое обоснование, анализируется логистика, а также варианты размещения предприятия. Это еще не проект. На этом этапе нет даже генерального плана. РУСАЛ публично подписал соглашение с администрацией Ленобласти на полях ПМЭФ 2023. Это хорошая практика открытости и сотрудничества.

Оценка воздействия на среду. После предварительного выбора земельного участка необходимо детализировать проект и провести оценку воздействия на окружающую среду. Эти материалы – это главный природоохранный документ предпроектного этапа. Они включают общие сведения об объекте, описание природной среды, описание воздействия на природную среду, меры по минимизации воздействия и предложения по производственному экологическому контролю. Требования к данным документам настолько обширные, что для их разработки параллельно нужно провести инженерные изыскания и подготовить тома проектной документации. На этом этапе решается вопрос о допустимости реализации проекта, рассматриваются варианты реализации. В том числе и «нулевой» вариант – то есть отказ от проекта.

Общественные обсуждения и доработка оценки воздействия на среду. Все подготовденные материалы проходят общественные обсуждения и при необходимости дорабатываются. Во время обсуждений любой житель может ознакомиться документами, оставить свой отзыв. Здесь хотелось бы обратить внимание на то, что важно не просто высказаться «за» или «против», как при голосовании. В рамках общественного обсуждения полезными будут содержательные отзывы, с конкретными фактами и оценками. После завершения общественных обсуждений принимается решение о реализации проекта.

Далее готовится проектная документация на основании результатов инженерных изысканий. Этот пакет материалов является объектом государственной экологической экспертизы федерального уровня вместе с оценкой воздействия на окружающую срежу и общественных обсуждений. Результаты инженерных изысканий и основанная на них проектная документация также проходят Главгосэкспертизу.

Все согласовательные процедуры занимают продолжительное время. Для большого проекта 1,5- 2 года – довольно оптимистичный срок.

И это – далеко не все.

Например, для разрешения на строительство и для эксплуатации потребуются еще и оценка риска здоровью, санитарно-эпидемиологическая экспертиза проекта предельно допустимых выбросов, получение комплексного экологического разрешения, постановка объекта на учет, проект санитарно-защитной зоны, проект рекультивации и многое другое.

Думаю, что для глиноземного завода потребуется также и государственная историко-культурная экспертиза. Ведь Ленинградская область насыщена трагическим наследием Второй мировой войны.

Процесс строительства контролирует Росприроднадзор и в конце выдает «экологическое заключение о соответствии объекта проектной документации. Эта процедура реализуется в последние годы в России.

После запуска производства проходит регулярный экологический контроль на основе отчетности.

Люди все же опасаются, что их не услышат и не примут во мнение их мнение. Что можете сказать на этот счет?

Можно констатировать, что государственный и общественный контроль год от года усиливается. Это повсеместная практика. Сейчас практически ничего нельзя сделать без реальных мероприятий по охране окружающей среды.

Практика государственного контроля тоже совершенствуется. Исторически нормативы допустимых воздействий устанавливались, образно говоря, «по пределам» возможности обнаружения веществ доступными методами. Сегодня химический анализ ушел далеко вперед – каждый раз промышленникам необходимо решать задачу обоснования и подтверждения безопасных уровней воздействия.

При этом тревога людей понятна. Ее причины – и сегодняшнее негативное информационное поле, и отсутствие позитивного опыта, что вызывает в обществе сопротивление изменениям. И это можно понять.

В то же время очевидно, что развитие отменить невозможно. Нас всем стоит смотреть вперед, вести открытый и ответственный диалог, развенчивать мифы и показывать преимущества.