Жили в «бочке», отбивались от комаров и ждали вечерние танцы: Как ленинградцы работали и создавали семьи на БАМефото

Нина Казимирчик (в центре) при строительстве общежития возле БАМа. Фото: предоставлено "КП"

В этом году Россия отмечает 50-летие строительства Байкало-Амурской магистрали (БАМ). Ее называли стройкой века. Страна дотянула железную дорогу до самых восточных окраин. БАМ вызвал мощный эмоциональный подъем у молодежи. Через таежные поселки прошли тысячи человек. SPB.KP.RU послушал воспоминания ленинградцев, которые провели на БАМе молодость.

КОМАРЫ НЕ ДАВАЛИ СМОТРЕТЬ ФИЛЬМЫ

Нина Казимирчик оказалась на БАМе в 1975 году. Она попала в комсомольский отряд сразу после завершения строительного факультета. Женщина вспоминает, с каким трудом добиралась до места работы.

- У меня было направление в трест «НижнеАнгарскТрансСтрой». Я поехала сначала поездом до Улан-Удэ, затем самолетом до Нижнеангарска. Оказалось, что трест уже находится в Северобайкальске. На катере добралась до него и получила направление в СМП-572 в поселок Новый Уоян. И вот я в месте назначения. А начальник вовсе не обрадовался моему приезду и объявил, что ему уже не нужны молодые специалисты. Я сказала, что никуда не уеду, и он обязан меня принять! Так меня оформили на работу транспортной рабочей.

Поселок Новый Уоян. Палаточный городок, где жила Нина Казимирчик. 1975 год. Фото: предоставлено "КП"

Девушке выделили место в палатке на 15 человек: дощатый пол, длинный стол посередине и буржуйка. Кровати металлические.

- Питались мы в котлопункте - так называлась столовая, а рядом была палатка-магазин. Набор продуктов там был невелик: рыбные консервы, сервелат и супы в пакетиках. Ведь дороги к поселку еще не было. Все доставлялось в основном вертолетами, а летом на барже, - вспоминает строитель БАМа. - А в баню мы ездили в эвенкийский поселок Старый Уоян. По вечерам были танцы и тоже - в палатке. Уж не знаю, откуда взялись проигрыватель и пара пластинок. Еще был летний кинотеатр, где комары не давали спокойно смотреть фильмы.

Но таежное лето быстро прошло. Уже в сентябре сильно похолодало. И теперь главной в палатке стала печь буржуйка. Дров она сжирала немерено. На ночь оставляли дежурных, чтобы подбрасывать поленья, а то к утру палатка может промерзнуть. Чтобы наколоть дров, девушки применяли хитрость. После танцев просили кавалеров взяться за топоры и расколоть большие чурки.

- Выпал снег. Морозы. Идешь на работу, холодно. А солнце яркое и вдали - горы. Небо голубое, а горы розовые, - как сейчас помнит эту картину Нина Казимирчик. - В ноябре нашу палатку расселили в общежитие. Там уже было отопление. К новому году построили столовую, а к 8 марта открыли первый продовольственный магазин. Скоро появились клуб, детский сад, больница, школа.

БЕЖАЛА В СМОЛЬНЫЙ, ЧТОБЫ УХВАТИТЬ МЕСТО НА БАМ

Татьяна Павлова-Савко узнала о БАМе, когда работала на заводе им. Кулакова в Ленинграде, здесь делают судовое оборудование.

- Я бежала в Смольный в горком комсомола, так как думала, что не хватит всем желающим мест, - вспоминает она. - Через неделю получила письмо из горкома: «Рассчитаться в трехдневный срок с работы и прибыть в Кингисепп для стажировки. Самые «оголтелые» комсомольцы оказались в числе первого десанта, отправившегося на БАМ в апреле 1975 года. Мы ехали в неизвестность с желанием победить самих себя, доказать что «если не я, то кто?» И, конечно, построить свою дорогу! Идея коммунизма еще витала в воздухе. Нам очень повезло, что в наших рядах были «дяденьки» - такими они нам казались - опаленные войной, блокадой. Пережившие и голод, и холод, и горечь потерь, и радость победы. Мы были в надежных руках!

Отряд «Дзержинец», где была Татьяна Павлова-Савко. Фото: предоставлено "КП"

Татьяна вспоминает, что эшелон, который вез добровольцев из города на Неве, назывался «Комсомолец Ленинграда». А молодых людей разделили на четыре отряда: «Атланты», «Дзержинец», «Монолит» и «Прометей».

- Мы ехали на Бурятский участок БАМа, который должен был пройти у северной оконечности озера Байкал. В Улан-Удэ нас разделили: отряды «Атланты» и «Прометей» отправились на мыс Курлы строить новый город Северобайкальск. А отряды «Дзержинец» и «Монолит» - в Новый Уоян. Так начинался наш БАМ! В тайге, где некому было нас развлекать, мы стали сами себе режиссеры. Объединялись по интересам и у костра, и в котлопункте, и в палатках. Вылилось это в создание агитбригады, которая впоследствии станет лауреатом среди БАМовских коллективов самодеятельности. У нас даже был кружок бальных танцев. Когда я вспоминаю это время, меня охватывает такой трепет. Это было трудное и счастливое время.

Борис Григорьев, руководитель агитбригады «Невская Просека». Новый Уоян, клуб Туяна. Фото: предоставлено "КП"

НАРОДЫ СОЮЗА ДОБАВЛЯЛИ СВОЙ КОЛОРИТ В СТАНЦИИ

Геннадий Братко попал в Тынду не в качестве студента-комсомольца, а приехал готовым специалистом по строительству железной дороги. Под его руководством строились тоннели и мосты, ветка на три тысячи километров до Комсомольска-на-Амуре и основная линия БАМа: Тында – Беркакит почти в 300 км по тайге и сопкам.

- Товарищи проводили меня на БАМ и, как первому посланцу, подарили на память приемник с гравировкой, который очень мне пригодился на стройке. Наш коллектив был сплоченный, молодой, энергичный, морально и физически подготовленный, любознательный, и цель у всех была одна. Ребята могли поддержать в трудную минуту и помочь друг другу и в работе, и в быту. Здесь, в таежном суровом краю, мы обрели настоящих друзей.

Геннадий Братко в окружении коллег. Фото: предоставлено "КП"

Работники технического отдела жили чуть комфортнее, чем простые строители. Вместо общей палатки полагалась бочка ЦУБ-2. Или, как ее называли, бочка «Диогена». Это был символ БАМвской эпохи! Металлический вагончик, рассчитанный на четырех человек. Через полгода Геннадий перевез к себе в таежную бочку свою семью: жену Нину и девятимесячную дочь Леночку. Через пару месяцев открылся первый детский садик в поселке, жена пошла работать. Всего семья Братко прожила в Тынде 22 года.

- БАМ был поистине всесоюзной стройкой! По неповторимому облику станций можно узнать, какая республика принимала участие в их строительстве. Десятки станций строились по оригинальному проекту, отражающему национальный колорит: станции Ния и Икабья строили грузины, Янчукан – армяне, Ангою – азербайджанцы, Уоян – литовцы, Кичеру - эстонцы, Куанду – узбеки, Северобайкальск – ленинградцы, Тынду – москвичи, Ургал – украинцы. Я благодарен судьбе, что участвовал в этой грандиозной стройке.

Выражаем благодарность Татьяне Песковой за помощь в подготовке материала.

Хотите узнавать самые важные новости Петербурга? Подпишитесь на Telegram-канал «КП-Петербург», чтобы ничего не упустить.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Народный музей БАМа: Спецпроект КП

К 50-летию Байкало-Амурской магистрали собираем фотографии и воспоминания со всей страны (подробности)