
Фото: Вероника ОВСЯННИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
ОКНО В ЕВРОПУ
В этом году пропускной пункт между Ивангородом и Нарвой закрыли на символическую реконструкцию. С января по мосту больше не ходят автобусы. Территория бывшего МАПП (Многосторонний автомобильный пункт пропуска – прим. ред.) выглядит сейчас как поле битвы. Лежат какие-то металлические конструкции, беспорядок, ямы, пыль.
Вместе с заместителем директора музея Ириной Демидовой мы идем вдоль забора с колючей проволокой.
- Я вон в том доме родилась, - говорит она. - Мама меня днем укладывала поспать, а сама бежала в Нарву за продуктами. Успевала за полчаса, я не просыпалась.

Фото: Вероника ОВСЯННИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
Снабжение, кстати, в Нарве всегда было чуть лучше, чем в Ивангороде. Сметана, колбаса, сыр - этого было если не в изобилии, то в достатке даже в не самые сытые восьмидесятые годы. Да и сейчас знакомые продолжают приносить из-за кордона молочку. Стоит он уже столько же, сколько и у нас, но считается чуть вкуснее.
Мост дружбы, связывающий Нарву и Ивангород, построили в 1950 году, спустя пять лет после войны, когда была взорвана другая, древняя переправа. Хорошее было время, местные жители его до сих пор считают едва ли не золотым веком. По мосту проходил автобусный маршрут номер 11, соединявший Нарву и Ивангород. Один город тогда воспринимался просто как часть другого. Одно целое. Люди работали в Нарве, а жили в Ивангороде. И наоборот. Все было смешано.
Но потом все поменялось.
В девяностые сначала по двум концам моста установили небольшие будочки с людьми в зеленой форме. Потом будки раширились. Появилась колючая проволока. Сейчас между городам 150 метров, но кажется, миллион километров. На другую сторону могут попасть только обладатели виз, а их сейчас почти не дают. Остается стоять на крепостной башне и смотреть в одну из бойниц.
- Окно в Европу, - шутят экскурсоводы.

Фото: Вероника ОВСЯННИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
ДВЕ ТВЕРДЫНИ
Когда в 1492 году Иван Третий основал на правом берегу реки Наровы крепость, на левом уже почти два века стоял мрачный ливонский замок. Две эти твердыни связаны как инь и янь. Они и сейчас стоят, грозя соседу. Чтобы не расслаблялись. Да и как тут расслабишься. Больше в мире нет другого места, где бы две враждующие крепости находились так близко друг к другу - смешные 150 метров. Усейн Болт такое расстояние преодолевал за 15 секунд. 150 метров – это, к слову, расстояние полета стрелы.
Еще в семидесятые на месте крепости были только обломки старых башен и стен. Но перед Олимпиадой-80 объект решили восстановить. Из Ленинграда в Таллинн проезжали делегация спортсменов и гостей - там проводились соревнования по парусному спорту. Решили, что не гоже туристам смотреть на руины. Процесс запустили. За пару десятилетий в общих чертах воссоздали несколько рядов укреплений. И даже малый пороховой амбар - там теперь выставочная галерея и конференц-зал - гордость сотрудников музея. Занятно, что восстанавливали его на деньги не только РФ, но и Евросоюза. Планы, кстати, были серьезные. Хотели подарить новую жизнь еще нескольким зданиям. Но из-за ковида работы приостановили, а потом и вовсе свернули. То есть ремонт будет, но за наши деньги и когда - неизвестно.

Фото: Вероника ОВСЯННИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
Впрочем, музей и сейчас не испытывает недостатка в гостях.
- Лето - высокий сезон, много туристов. Кроме того, к нам активно привозят детей из лагерей в Кингисеппском районе. По два-три автобуса на неделе, - рассказывает Ирина.
О родном Ивангороде она может говорить часами. Крепость, художественный музей, где находится коллекция работ художника Билибина, усадьба и усыпальня Штиглица в микрорайоне Парусинка – тут действительно есть на что посмотреть. И не беда, что после этого нужно будет, скорее всего, разворачиваться и ехать назад. Мост дружбы закрыт. Теперь это – тупик.
- Времена не выбирают, - говорит Ирина, - конечно, нам неудобно, что нарушились старые связи. И понятно, что так как раньше больше не будет. Нужно перестраиваться и привыкать к новым реалиям.
СЛЫШАТЬ РУССКОЕ
Из-за «Тупика дружбы» получается так, что Ивангород в каком-то смысле медвежий угол. Западнее него – тупик, конец мира, неоткрытая карта. Неудивительно, что даже операторы связи здесь глючат.
«Добро пожаловать в Эстонию!» - приходит мне смска, когда я поднимаюсь на обзорную башню крепости. Местные к таким капризам привыкли. У них в настройках смарфонов стоит по умолчанию запрет на переключение роуминга.
С радио ситуация еще хуже. Российских радиостанций здесь меньше, чем эстонских. С другого берега Наровы идет четкий сигнал и можно расслышать задорную эстонскую речь. Или даже русскую - в Эстонии есть и такие станции.
- Только вот к России у них отношение не самое лучшее, - вздыхает Леонид Шибелла.

Фото: Вероника ОВСЯННИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
Коренной ивангородец, он переживает, что с советских времен здесь закрылись почти все заводы и молодежь вынуждена уезжать работать в Петербург или даже Усть-Лугу. Мы сидим с ним на недавно построенной баскетбольной площадке. Вечером, когда будет не так душно, здесь соберутся дети, чтобы играть в баскетбол. Вообще в Ивангороде активно занимаются благоустройством. Облагородили сквер перед зданием музея. Правда Леонид считает, что там нужно было построить небольшую церковь.
- Раньше там часовня стояла, место намоленное, - говорит он. – Сквер хороший сделали, конечно. Но вы посмотрите, там никого нет обычно. Людям неловко в святом месте компаниями собираться.
Но сквер – это еще полбеды. Куда больше душевного дискомфорта Леониду доставляет эстонская пропаганда, транслирующаяся с другого берега реки. Он хочет быть в курс российских новостей. Слушает радио «Комсомольская правда» на смартфоне, но говорит: не очень удобно. Чтобы решить эту проблему, он даже обращался на Горячую линию президента. В администрации обращение приметили и пустили в дело. Так что скоро русскоязычное разговорное радио в Ивангороде появится. Это будет радио «Комсомольская правда», конечно же.
Эстонская пропаганда усилилась с началом СВО. Радиопрограммы стали еще нетерпимее. Как и эстонские пограничники. Они к россиянам относятся с пренебрежительным недоверием. Ходит история, как одну женщину заставили выкинуть почему-то упаковку кальки, а другую - показывать содержимое телефона.
При этом с самими жителями Нарвы, говорит Леонид, отношения прекрасные. Тем более, что 90 процентов там - русские люди. Многие живут тем, что продают на одно берегу то, что дороже на другом. Кто-то ходит за сигаретами и алкоголем. Таких в последнее время стало меньше. После начала ремонта очереди на границе расстянулись. Кроме того, сюда потянулись еще и жители Финляндии, которые не могут попасть к родственникам напрямую и вынуждены делать крюк (граница между Россией и Финляндией закрыта по решению финского правительства – прим. ред.). В плохие дни можно потратить шесть-семь часов.
ТОНКИЙ ТРОЛЛИНГ
Кстати, наши в ответ не тушуются. Отвечают тонким троллингом. Вроде концерта к Дню Победы у стен крепости. Сцена была поставлена таким образом, что гигантские мониторы смотрели в стороны Нарвы. На набережной эстонского города собралось несколько тысяч человек. Тоже радовались, подпевали. В Нарве любые мероприятия по этому поводу были под строгим запретом.
Эстонцы даже демонтировали старый советский танк, который стоял раньше по дороге в Усть-Нарву. Наши поставили такой же на пригорке рядом с Ивангородской крепостью. Дуло устремлено в сторону нарвского замка. Раньше тут хотели поставить памятник Ивану III. Но сейчас не до этого.

Фото: Вероника ОВСЯННИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
А еще, говорят, на одном из зданий, выходящих на Нарву, висел плакат с изображением Владимир Путина и лаконичной надписью «Наши границы нигде не кончаются».
Эстонцы до такого пока что не додумались. Их мир выглядит спокойным и безмятежным, когда ты смотришь на него из бойниц Ивангородской крепости.
В этом «окне» видно рыбака, который раз за разом закидывает удочку в реку и женщину с коляской. Отличия с Ивангородом если и есть, то трудноуловимы. Впрочем, стоит ли этому удивляться – в Нарве почти все сплошь русские. Недаром когда губернатор Дрозденко заявил, что такой концерт ко Дню Победы будет традиционным, новости этой радовались и на другом берегу этой пограничной, будто Стикс, реки.