Великое освобождение: Как главный роман Гроссмана, полвека пролежавший в архивах, вернулся к народу

Рукопись арестовали в 1961 году.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

64 года назад, в 1961-м, сотрудники органов госбезопасности СССР изъяли все экземпляры рукописи Василия Гроссмана «Жизнь и судьба». Копии, черновики, дубликат романа для перепечатки в журнале «Новый мир» - чекисты вынесли все. Работу над этим крупным детищем Гроссман закончил в 1960-м, потратив в общей сложности десять лет. Последнюю копию чекисты унесли после обыска у самого писателя. Обращение к Хрущеву Василию Семеновичу не помогло - он просил для своей книги «свободы» (читайте на < стр. 3). Ценные рукописи легли в хранилище КГБ на Лубянке.

Однако в мае 2013 года архивные «заложники» снова увидели свет: Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ) попросил ФСБ России дать возможность «свидания» с изъятой рукописью - литераторы планировали готовить сборник документов «Между молотом и наковальней. Союз советских писателей СССР» и без Гроссмана проект бы не состоялся. Архивисты ФСБ пошли навстречу и принялись разыскивать в хранилище копии романа - нашли шесть машинописных копий, фотокопий, рукописных черновиков и набросков. Удивительно сознавать, что одна книга в своем первозданном виде занимает тринадцать объемных коробок. И Федеральная служба безопасности решила передать все находки в РГАЛИ на постоянное хранение. Это случилось 25 июля.

На торжественной церемонии в ФСБ присутствовали дочь и внучка Василия Гроссмана, которым теперь принадлежат авторские права на роман, а также первый заместитель директора ФСБ Сергей Смирнов. Рукопись же будет храниться в Государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ) в личном фонде писателя, где уже есть его дневники и переписка.

Дочь Гроссмана Екатерина присутствовала на церемонии.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

- Папа очень тяжело перенес арест своего 10-летнего труда. Он писал Хрущеву: «Книга моя по-прежнему изъята. Это так же невыносимо, как если у отца отнять дитя, - вспоминает о том времени и об отце Екатерина Васильевна Короткова. - Я помню, как он писал роман и читал его близким друзьям, тут же черкая длинным красным карандашом, и то, что он отверг, заменив более резкими частями, до сих пор хранится у меня, как и часть его переписки. Сегодня светлый праздник возвращения, освобождения книги, хотя она и была напечатана».

По словам Екатерины Васильевны, после ареста рукописи в 1961-м копию романа вывезли в США, однако там не захотели его публиковать: мол, «про войну надоело».

Одна шальная копия, чудом сохранившаяся у друзей писателя, в 80-х попала в Америку, но впервые была издана в Швейцарии, однако взрыв интереса во всем мире случился после выхода книги на французском языке годом позже. В СССР роман с купюрами вышел в 1988 году и только в 1990-м был опубликован целиком. Гроссмана сравнивали с Толстым и говорили, что если бы его книга увидела свет в 60-х, влияние писателя было бы сравнимо с авторитетом Солженицына, но история романа сложилась по-другому. Зато уже в 2005-м, в год столетия Василия Гроссмана, популярность романа грохнула с новой невиданной силой - произведение пошло по миру.

Первый замдиректора ФСБ России Сергей Смирнов в тот июльский день 2013 года подчеркнул, что поиск материалов был долгим, но очень успешным. Специалисты ювелирно выискали более одиннадцати тысяч листов романа - и рукописных, и машинописных, и фотокопий, и с правками самого Гроссмана, и черновики, и наброски. Все это позволило современникам писателя детально изучить манеру его творчества. Тогдашний министр культуры России Владимир Мединский поблагодарил ФСБ за этот широкий жест от лица всех россиян и поклонников русской литературы за рубежом - все-таки западные критики считали и считают роман Василия Гроссмана одним из самых выдающихся произведений ХХ века.

- Мне бы очень хотелось, чтобы это было действительно не последнее возвращение, - отметил он.

Все рукописи, копии, фотоматериалы заняли 13 коробок.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН. Перейти в Фотобанк КП

КОНКРЕТНО

За что именно запретили «Жизнь и судьбу»?

Кандидат филологических наук Юрий Бит-Юнан в своем труде «Василий Гроссман. Биография писателя в политическом контексте советской эпохи» выводил восемь причин этому негативному событию. Первая и самая главная - параллели между Советским Союзом и гитлеровской Германией. Антагонисты, нацистский и большевистский режим, уподобляются друг другу: одинаково не терпят инакомыслие, репрессии, преклонение перед вождем и фальсификацию истории. Особенно четко, говорит исследователь, это прослеживается во второй части романа, где большевик Мостовской попадает в немецкий лагерь и приходит на разговор с комендантом, осознавая, что в чем-то из сказанного эсэсовец прав.

- Большевик, который не одержал уверенной идеологической победы над эсэсовцем, - такой эпизод советская цензура, безусловно, не могла пропустить. С начала войны образ нацистской Германии был четко определен советской прессой и историографией, переоценка этого не допускалась, - говорит Бит-Юнан.

Вторая причина - описанный во всех красках антисемитизм и холокост, причем пороки антисемитизма Гроссман находит и в советском обществе - на бытовом уровне. Такое нарушало стройность советской идеологической системы, ведь СССР считался интернациональным государством.

Третья причина - критика советской идеологии. Один из персонажей, Иконников, допускает критику идеи построения социализма как политической программы всеобщего блага, которое невозможно без принесения жертвы: мол, в идее блага заложена идея насилия над получателями этого блага.

Четвертая - пропаганда свободы как абсолютной ценности для человека и общества. Идея, которая пропитывала внушительную часть романа, была совсем неуместна в то время.

Пятая - обличение бюрократизма. Особенно ярко и едко это прослеживается в эпизоде с рассказом водителя грузовика. Тот вспоминает рабочего, вернувшегося на завод после ранений. Безуспешно пытаясь добиться хорошей комнаты вместо затопленного подвала, он самовольно занимает площадь на пятом этаже и попадает под угрозы лагерями. Только после публичной попытки самоубийства он получает желаемое. Главная идея Гроссмана такова: проблема бюрократизма в изначальном, исконном неравноправии людей у власти и людей, власти не имеющих.

Шестая причина - критика генералитета. Гроссман прошел настоящую войну, а в его романе были простые бойцы и командиры. Всех высоких военных чинов в произведении он наделял жестокостью и распущенностью, описывая нелицеприятное поведение полководцев Чуйкова и Родимцева. Дискредитация таких влиятельных политиков, безусловно, не давала роману ходу.

Седьмая - порочное изображение коммунистов. Гроссман уничтожает несколько персонажей собственной властью, которой они служили. Все они заканчивают жизнь в тюрьме или лагере, но авторитет партии был непоколебим и не поддавался сомнениям.

Наконец, восьмая причина, подытоживает Бит-Юнан, это упоминание коллективизации и репрессий и их последствий.

Хотите узнавать самые важные новости Петербурга?

Подпишитесь на Telegram-канал «Комсомольская правда: СПб» или «Комсомольская правда: СПб» в мессенджере Max