Звезда «Улиц разбитых фонарей» и депутат Анастасия Мельникова: Я строгая мама, но жду от дочери не внуков, а второй красный дипломфото

"Комсомолка" взяла интервью у легенды киноцеха Северной столицы. Фото: архив Анастасии Мельниковой

Софиты и камеры окружают ее не так часто. Уже три созыва Анастасия Мельникова работает депутатом в Законодательном собрании Петербурга. В ее кабинете уютная домашняя мебель, картины и сувениры с фронта - роза, выкованная из гильзы, и вымпелы подразделений, служащих в зоне СВО. Корреспондент «КП-Петербург» поговорил с актрисой и депутатом о том, как часто ей удается сниматься, о командировках в Донбасс и актерской карьере дочери.

- На экраны вышла сказка «Тайны темного леса», где у Вас необычная роль и яркий грим. Как Вам работалось в жанре фэнтези?

- Очень понравилось. В таком ключе я не работала никогда, хотя это было непросто. Стояла жара, а на мне были суконная юбка, кожаный плащ и кожаный корсет, сапоги. Когда в конце грима вынесли огромный парик с рогами, я думала, упаду в обморок. Было очень смешно, когда после сцены я пошла в грим-вагон и - бум! - дверца узенькая, рога не прошли. Пришлось заходить боком.

Анастасия Рюриковна в рабочем кабинете.

Фото: Алексей БУЛАТОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Какие роли Вам ближе?

- В плане профессии я невероятная жадина. Мне хочется попробовать все. Главное, чтобы не было пошлости. Когда мне предложили роль гестаповки, я подумала и согласилась: она была отрицательной героиней, а когда зло отрицается, это можно сыграть. Однако я никогда не буду играть двусмысленные роли, а еще мне важно профессиональное отношение коллег к работе. Когда мы снимали «Улицы разбитых фонарей», на серию давалось восемь дней. Однажды возник конфликт с продюсерами, которые предложили сократить время съемок до семи дней. Понятно, что это экономило деньги, но на халтуру мы были не согласны, а сейчас мне дочь рассказывает, что в сериалах подобного плана на серию дают три дня. Как-то она подошла к режиссеру и попросила поменять реплики. Он ей ответил: «Меняй что хочешь, я сценарий не читал». Я бы придушила на месте за такое. Пусть лучше у меня будет три-четыре проекта в год, но с людьми, с которыми мне интересно.

- Кстати, как Вам работается с дочерью?

- Прекрасно! Она с рождения появлялась в эпизодах «Фонарей», а первый раз профессионально вышла на съемочную площадку в 15 лет. Я очень волновалась. Когда сказали: «Смена закончена», я вдруг осознала, что у меня не было ощущения, что это моя дочь. Мы с ней играли отношения, противоположные нашим в жизни: тоже мать и дочь, но девочка не принимала маму - считала, что мама предала отца и его арестовали из-за нее. Я на площадке не видела своего детеныша - я видела очень жесткий взгляд, холодный, колющий. Она со мной работала как с партнером, как артистка с артисткой. Я ей за это очень благодарна.

Ирландский сеттер не дает семье актрисы скучать. Фото: архив Анастасии Мельниковой

- У Вас были сомнения, когда Мария решила идти в актеры?

- Когда она меня спросила: «Мама, можно?» - я ответила, что это твоя жизнь и я приму любое решение. То, что я сейчас вижу на сцене и в кино, меня абсолютно устраивает, хотя я в этом плане очень строгая мама. В десятом классе, когда она металась, куда идти, как раз возникли съемки в «Спасти Ленинград». Это были очень тяжелые съемки эмоционально и физически - она по двенадцать часов сидела в холодной воде, но после этого решила, что пойдет только в театральный. Сейчас поступила на службу в Театр музыкальной комедии и получает второе образование - оканчивает Академию художеств. Жду от нее второй красный диплом - искусствоведа.

- А внуков ждете?

- Не жду, умоляю! Она полгода назад принесла мне щенка ирландского сеттера и сказала: «Надеюсь, на какое-то время разговор о внуках закончен». Я хочу сказать, что троих детей легче воспитать, чем эту собаку - таких шаловливых собачек у меня еще не было: все ножки у мебели обмотаны пленкой, чтобы не грыз, но он все крадет, все ест, а потом мы летим в клинику из него это доставать.

Работа работой, но закатать банки на зиму - это святое. Фото: архив Анастасии Мельниковой

- Когда Вы стали депутатом, многому пришлось научиться?

- Это совершенно другой мир, но я благодарю Бога, что здесь оказалась. Когда вам жизнь много дает, в какой-то момент эти долги надо отдавать: нужно платить за то счастье, что было от тех же «Фонарей», благодаря которым у меня появилась работа, меня стали приглашать в театральные проекты и рекламу. Когда я стала депутатом, то сразу окончила экономический факультет, потому что надо было уметь ориентироваться в цифрах. В свое время я не стала врачом, но считаю, что этот круг замкнулся. При маме, папе, бабушках, дедушках, прадедушках, которые были врачами и учеными, у меня оказалась боязнь крови. Тогда папа предложил стать психологом, но мама была против. Сейчас эта папина мысль пришла ко мне: на первых же приемах я поняла, что во многих случаях люди приходят к депутату, потому что не с кем поговорить. В какой-то момент я так устала, что родные меня отправили к психологу, чтобы понять, почему я плачу по ночам. Я пришла и через 15 минут поняла, что врач рассказывает мне свою жизнь, спрашивает у меня совета. Я думаю: «Приплыли…» Поэтому то, чем я сейчас занимаюсь, сродни профессии врача.

Подарок из зоны спецоперации.

Фото: Алексей БУЛАТОВ. Перейти в Фотобанк КП

- Вы часто бываете в Донбассе. Что Вас больше всего удивило в этой части работы?

- Мы все воспитывались на несчастных глазах бабушек и дедушек, которые знали, что такое война и блокада. Там я вижу те же глаза, полные страдания, но при этом невероятно мужественные. Мы регулярно собираем гуманитарную помощь, но только то, что просят ребята: белье, сумки-аптечки, сети. Вдохновляет наше среднее поколение - предприниматели, очень обеспеченные люди: они закупают все - от теплых стелек до квадроциклов. Сами садятся за руль и везут за «ленточку». Честно скажу, за «ленточку» меня не берут, но я знаю невероятное количество моих друзей-артистов, которые ездят туда и за «ленту», и здесь в госпиталях дают концерты. Удивительное сплочение!

Анастасия прошла путь из эпизодического в главного героя легендарного сериала.

Фото: Ольга ЖУК. Перейти в Фотобанк КП

- У Вас есть ответ на вопрос, почему «Улицы разбитых фонарей» переживают вторую популярность?

- Думаю, дело в искренности. Мы никогда не играли сюжет - мы играли отношения. И людям интересно следить за тем, как персонажи друг к другу относятся. Мы никогда не халтурили. Всегда было желание досконально изучить тему: ездили по отделениям милиции, разговаривали, присутствовали на допросах, чтобы знать, как это на самом деле бывает.

Хотите узнать самые важные новости Петербурга? Подпишитесь на Telegram-канал «КП-Петербург», чтобы ничего не пропустить.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Анастасия Мельникова о Краско: Актеры называли его дядей Ваней

Известная актриса пришла проститься с народным артистом России (подробности)

Анастасия Мельникова: На «Улицах» разбитых фонарей» родилась моя дочь

Актриса рассказала «Комсомолке» как сериал помог ей приобрести настоящих друзей (подробности)