Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+29°
Boom metrics
Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru
22 декабря 2021 14:40

Носит шубу ценой в две иномарки и называет чиновников «мальчиками»: Как живет старейший Дед Мороз Петербурга

Главный новогодний волшебник рассказал «Комсомолке», как посвящал в губернаторы Владимира Яковлева и почему старается не трогать детей руками
Сергей ВОЛЧКОВ
Сергей ВОЛЧКОВ
Старейший Дед Мороз Петербурга еще и главнейший - вот уже пятнадцать лет он ведет главную городскую елку в Аничковом дворце. Фото: Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных

Старейший Дед Мороз Петербурга еще и главнейший - вот уже пятнадцать лет он ведет главную городскую елку в Аничковом дворце. Фото: Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных

Дедов морозов много, а вот Дед Мороз. И не выдуманный, а вполне реальный. Накануне новогодних праздников «Комсомолка» пообщалась со старейшим новогодним волшебником Северной столицы – Заслуженным артистом России Александром Алексеевым, который вот уже пятнадцать лет ведет главную петербургскую елку в Аничковом дворце. Чем «настоящий» Дед Мороз отличается от аниматора, как изменились современные дети, и почему костюм Алексеева хранится в специальном несгораемом сейфе – читайте в нашем материале.

ПЯТЬДЕСЯТ ДЕДОВ НА ТЕАТР

По словам нашего героя, Дедом Морозом он стал почти полвека назад, еще когда служил в Ленинградском театре юного зрителя. И история это – вы не поверите – трагическая.

- Подруга моей жены работала в, скажем так, специальном детском садике, - вспоминает Александр Алексеев. – Для особенных детишек. И как-то раз она меня попросила: «Саша, а попробуй их поздравить на Новый год». Я согласился – ну, подумал, что выйду, палочкой постучу, елку зажгу, будет легкая халтурка. Пришел туда, и ... ох, это был непростой опыт. Мне даже сейчас трудно его описать. Понимаете, я обращался к детям, а они смотрели на меня глазами абсолютного взрослого человека.

В Деды Морозы Заслуженного артиста России Александра Алексеева приняли почти полвека назад.

В Деды Морозы Заслуженного артиста России Александра Алексеева приняли почти полвека назад.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

Тогда же, вспоминает Александр Алексеев, случилось то, что на долгие годы определило его отношение к роли Деда Мороза. Какой-то мальчик, которому он протянул руку, чтобы поздороваться, вдруг закричал и заплакал.

- Это было настолько неожиданно и настолько страшно, что я чуть сознание там не потерял, - признается главный новогодний волшебник Петербурга. – Потом мне, конечно, объяснили, что так нельзя, что эти дети привыкли к своему кругу общения и вообще живут в своем мире, а новые люди их пугают. И вот тогда я понял, что Дед Мороз – это очень серьезная работа. И к ней надо готовиться, пожалуй, даже еще основательнее, чем к какому-нибудь спектаклю.

Вообще, вспоминает наш герой, Дедов Морозов в советское время – как, собственно, и сейчас – было полным-полно. Дополнительный заработок еще никогда никому не мешал, а всего с одной елки уже можно было позволить себе коробку конфет и бутылку шампанского – вот и ездили артисты, молодые и не очень, по детским садика, школам, ходили по квартирам. Особо активные и упорные могли за день побывать на восьми елках– в перерывах между спектаклями они хватали костюмы, выпрашивали у гримеров бороды и бежали поздравлять детей.

- У меня с этим, кстати, связана одна забавная история, - рассказывает Александр Алексеев. – Дело в том, что с теми же бородами постоянно возникали проблемы: их в театре много, но мужчин-Дедов Морозов еще больше – человек пятьдесят-семьдесят, не меньше. Так что если не успеешь – все расхватают, и тебе придется довольствоваться тем, что осталось. И вот однажды меня вызвали в детский садик. Я обратился к нашим гримерам, попросил им приготовить мне какую-нибудь бороденочку. Потом забрал ее, не глядя, сунул в пакет… в общем, уже в садике я из этого пакета вытянул двухметровую бороду старика Хоттабыча. И ладно бы просто бороду – так в три волосинки! Ну, ничего, как-то я ее свернул, подколол булавкой. Детям объяснил: «если не будете хорошо есть кашу – вот такая же у вас и вырастет».

Костюм главного петербургского Деда Мороза - настоящее произведение искусства. Он пошит вручную по старинным технологиям, весит десять килограмм и обошелся в свое время в цену двух иномарок. Фото: Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных

Костюм главного петербургского Деда Мороза - настоящее произведение искусства. Он пошит вручную по старинным технологиям, весит десять килограмм и обошелся в свое время в цену двух иномарок. Фото: Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных

ПРАЗДНИЧНЫЙ «ИНСТИНКТ»

Все это, конечно, весело, но, по словам Александра Алексеева, такое засилье Дедов Морозов привело в итоге к тому, что по детским елкам начала расползаться халтура. Из школы в школу, из садика в садик переползали одни и те же игры, одни и те же песенки и стихи, и так – год за годом. Да еще и постоянная спешка – когда у тебя десять-пятнадцать елок в день, о том, чтобы как следует вжиться в образ и поработать над текстами, речи уже не идет.

- Собственно, это и сейчас никуда не делось, - с сожалением констатирует наш герой. – Даже, возможно, в какой-то мере усугубилось – посмотрите, в интернете тысячи и тысячи объявлений от «надомных» Дедов Морозов и Снегурочек. А ведь проблема в том, что дети все очень хорошо чувствуют. И прекрасно понимают, когда перед ними настоящий Дед Мороз – настолько, насколько это возможно, конечно – а когда просто актер, пришедший отработать гонорар. И хорошо, кстати, если актер – актеры по крайней мере понимают азы мастерства. Поэтому я всегда советую: сводите лучше ребенка на елку. «Надомный» Дед Мороз ему таких эмоций, как там, не подарит.

Возможно, как раз благодаря иному – вдумчивому – подходу к роли Александра Алексеева и пригласили в итоге в Аничков дворец, вести главную новогоднюю елку Петербурга. И хотя с тех пор прошло уже – страшно подумать! – пятнадцать лет, наш герой признается: ему это дело ничуть не наскучило.

- Меня вот часто спрашивают – как за эти годы изменились дети? – признается Алексеев. – А я отвечаю – изменились, конечно, но не сильно. Ни разу еще не было такого, чтобы кто-то сказал: «Дедушка Мороз, я в тебя не верю». Потому что когда вокруг ребенка творится волшебство, у него какие-то первобытные инстинкты начинают работать. Поэтому особой разницы с теми мальчишками и девчонками, которые были двадцать-тридцать лет назад, и теми, которые есть сейчас, я не замечаю. Единственное – современные дети более конкретны в желаниях. Если просят телефон, то называют модель, размер и еще кучу всяких характеристик. Но это редко. В основном желания все те же самые: кому игрушку, кому собачку. Все очень просто.

Александру Алексееву 74. Больше половины своей жизни он служит Дедом Морозом, но от этой роли ничуть не устал - даже пишет детям ответы на их письма.

Александру Алексееву 74. Больше половины своей жизни он служит Дедом Морозом, но от этой роли ничуть не устал - даже пишет детям ответы на их письма.

Фото: Юлия ПЫХАЛОВА

«ДЕД МОРОЗ ГЛАВНЕЕ ГУБЕРНАТОРА»

Вообще, объясняет наш герой, тяга ребенка к сказке не зависит ни от чего: ни от возраста, ни от богатства семьи, ни от национальности.

- Как-то раз в Аничковом дворце я в фойе повстречал девочку из Бразилии, - вспоминает главный петербургский волшебник. – Вы бы видели эти глаза! И так – со всеми. Хотя вот, например, с ребятами из южных краев сложнее, особенно с девочками. У них же все совсем строго – так что, бывает, водишь хоровод, а за тобой свирепо следит бородатый родитель. Но и здесь, опять же, все зависит от того, какое впечатление ты создаешь, какое настроение приносишь. Сколько раз было, что эти же самые бородатые родители у меня и сами под елкой танцевали, и потом подходили, обнимали и пожимали руку.

С другой стороны, признается Александр Алексеев, каким бы Дед Мороз ни был «своим» - родным и знакомым – между ним и ребенком всегда должна сохраняться дистанция.

- Я могу с ребенком поздороваться, могу взять его за руку – но не больше, - рассказывает актер. – Ну, во-первых, мне самому бы очень не понравилось, что какой-то посторонний человек – пусть даже и Дед Мороз – моих детей или внуков гладит по голове, вытирает им носы платочком или что-то там поправляет в одежде. Во-вторых, сейчас для такого даже отдельная статья в Уголовном кодексе предусмотрена – и бог знает, кому там и что померещится. Так что я детей стараюсь руками лишний раз не трогать – я лучше подойду к родителям и отчитаю их за то, что у ребенка сопли текут, или воротник сбился.

Отзываются на новогоднюю сказку не только дети, но и взрослые. За пятнадцать лет елку в Аничковом дворце кто только ни посещал: и губернаторы, и главы комитетов. И всех объединяет одно: какие бы они ни носили чины и какой бы ни имели статус, Дед Мороз всегда стоит выше – просто по праву хозяина праздника.

Перед Дедом Морозом равны все - и дети и чиновники. Фото: Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных

Перед Дедом Морозом равны все - и дети и чиновники. Фото: Санкт-Петербургский городской Дворец творчества юных

- С детьми я всегда стараюсь говорить и вести себя на равных, а со взрослыми, наоборот, отвожу душу, - смеется Александр Алексеев. – Вижу, например, стоит у елки какая-нибудь представительная дама при полном параде – р-р-раз, и варежкой растреплю ей прическу. И ничего – она в ответ смеется. Или к губернатору подходишь и говоришь: «Мальчик! А ты помнишь, что мне обещал в прошлом году? А ты все выполнил? Ну, в этом постарайся лучше». Да что там – Яковлева, например (Владимир Яковлев – первый губернатор Петербурга, работавший в этой должности с 1996 по 2003 год, прим.ред.), я вообще в губернаторы посвящал! Правда, в образе не Деда Мороза, а князя Меншикова, но тем не менее. Ох он и волновался! Ну еще бы – я-то знал сценарий, а он нет.

Конечно же, знаком петербургский Дед Мороз и со своими «коллегами»: главным Российским Дедом Морозом из Великого Устюга и финским Йоулупукки, который в Северной столице как родной – благо, до Финляндии рукой подать. Но это, признается Александр Алексеев, образы совсем другого пошиба.

- Масштаб другой, - констатирует наш герой. – Они-то актеры стадионного размаха, а я Дед Мороз камерный, интимный. Но мы дружим, разумеется, регулярно встречаемся. А вот кто это, я вам не скажу – пусть останется загадкой.

КСТАТИ

ШУБА ВЕСОМ В ДЕСЯТЬ КИЛОГРАММ

Облачение главного Деда Мороза Петербурга заслуживает отдельного рассказал. Он хранится в Аничковом дворце в специальном сейфе - и это не просто какой-то там театральный костюм, а настоящее произведение искусства. Чтобы его «спроектировать» и пошить, художник-декоратор дворца Кира Кузнецова несколько недель провела в музеях и архивах, тщательно подбирая образ. Все – от гигантской «мономаховской» шапки до исподнего – сшито по меркам самого Александра Алексеева, а пышный кафтан украшен несколькими сотнями искусственных драгоценных камней. В свое время этот костюм обошелся более чем в 1 000 000 рублей – пятнадцать лет назад на эти деньги, между прочим, можно было купить две новенькие иномарки, и еще осталось бы немного на то, чтобы покупку отметить. К слову, этот костюм, как вы можете заметить по фотографиям, синий. И это не просто так: это традиция, причем настолько давняя, что ее истоков уже никто толком не помнит – у главного российского Деда Мороза кафтан красный, у петербургского – синий.

Как говорят сами работники Аничкова дворца, носить на себе все это великолепие – настоящий подвиг. В самый разгар елок главный Дед Мороз Петербурга проводит в своем облачении по пять часов ежесуточно – а весит оно, между прочим, десять килограмм! Так что быть новогодним волшебником – настоящая физически тяжелая работа. Хотя счастье в глазах детей, конечно, искупает все неудобства.