Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+16°
Boom metrics
Общество21 марта 2013 14:05

Маленькому петербуржцу удаляли аденоиды, а отрезали руку

Врачи заплатят за ошибку два миллиона
Ксения АХМЕТЖАНОВА
Ксения АХМЕТЖАНОВА

Простая операция

В августе 2010 года в детскую городскую больницу № 5 имени Филатова положили мальчика. Десятилетнему Игорю Адамовичу предстояла несложная операция по удалению аденоидов из носоглотки. До этого в больнице с гнойными отитами мальчик уже лежал восемь раз. По совету врачей аденоиды решили вырезать.

К процедуре в семье готовились основательно: ребенок сдал пятнадцать анализов, обследовался у аллерголога.

Операция прошла успешно. Но когда Игорь проснулся, он стал жаловаться на боли в правой руке. Обеспокоенная мать попросила, чтобы врачи убрали катетер. Через полтора часа постоянного плача маленького пациента медики все же сжалились и удалили трубку. К тому моменту Игорь уже не чувствовал свою кисть. До руки было не дотронуться, в кулак не сжать.

- Было два часа дня, все врачи еще находились на месте, - вспоминает жуткие события мать Игоря Ольга Борисова. - Но моим ребенком никто не занимался. Я просила, чтобы его показали специалистам. Все от нас открещивались. Дежурный хирург пришел только в семь часов вечера, но ничего внятного не сказал.

К утру рука ниже локтя почернела. Только тогда врачи засуетились: собрали консилиум.

- Когда ставили катетер, попали в артерию, - вышел к родителям дежурный хирург.

Игоря срочно перевели в педиатрическую академию. Там мальчика уже вытаскивали с того света. У него начались серьезные осложнения, из носа текла кровь. Ребенка ввели в искусственную кому. Месяц Игорь пролежал в реанимации. На руку было страшно взглянуть - иссине-фиолетовая она стала совсем нерабочей. После очередного консилиума врачи решили, что придется ампутировать.

Так в свои десять лет Игорь Адамович лишился руки. Оставили только треть от предплечья.

Мальчик даже не знал, что с ним будет. После операции ребенок с недоумением посмотрел на культю.

- Мама, почему у меня рука короче? - спросил он мать.

Восстановление было тяжелым. Морально ребенок до сих пор не может свыкнуться с новой жизнью. Любимый велосипед пылится в кладовой: у родителей не поднимается рука его продать. О мечте научиться плавать пришлось забыть. А на уроки труда ребенок теперь ходит с девочками.

Игорь комплексует по поводу своего протеза. Летом старается носить футболки с рукавами подлиннее, а на место сгиба одевает напульсник, чтобы скрыть недостаток от любопытных глаз.

Суд да дело

После этого происшествия главврач пятой детской больницы прислал Адамовичам письмо. В нем Александр Голышев приносил свои извинения за инцидент и писал, что готов обсудить «возмещение ущерба». Но когда отец Игоря - Анатолий Алексеевич - приехал к врачу, разговор о деньгах даже не шел. Главврач заявил, что средств у больницы нет. И родителям по закону вообще не положена моральная компенсация.

Семья ребенка обратилась в прокуратуру. Главное следственное управление СК России по Петербургу возбудило уголовное дело. Определили трех подозреваемых: дежурного врача, анестезиолога и медсестру. Последняя, к слову, уже уволилась из больницы.

Провели четыре медицинских экспертизы. Однако Министерству по здравоохранению предоставленных заключений оказалось недостаточно. Заказали еще одну, повторную. Результатов Адамовичи не могут дождаться из Москвы уже полтора года.

Кроме того, семья мальчика обратилась в суд и выиграла. Искалеченную жизнь Игоря Адамовича и страдания его родителей оценили в два миллиона рублей. Один – мальчику, а по пятьсот тысяч каждому из родителей.

Больница ошибку так и не признала. Говорят, что ребенок был чем-то болен, отсюда и тромб. Подробно аргументировать свою позицию по этому поводу медики сейчас отказываются.

Однако семья решением суда недовольна. Они хотят десять миллионов компенсации. Адвокат готовится подать апелляцию.

- Суд с нашими требованиями согласился, но при этом отказал в выплате заработка, который потеряла мама ребенка в связи с тем, что вынуждена была уволиться для ухода за инвалидом, - говорит защитник семьи Владимир Жирновой. - Еще нам отказались оплатить предстоящие расходы. Ребенок имеет право на бесплатные протезы, но они несовершенны, поэтому родители вынуждены покупать дорогие. Один стоит около 130 тысяч рублей. А до совершеннолетия ребенку таких понадобится шесть штук. И нам отказали в возмещении морального вреда: шесть миллионов мальчику и по два миллиона каждому родителю. А ответчик и вовсе утверждает, что родители не имеют права на компенсацию, потому что пострадал только ребенок.

Адвокат уверен: затягивают со сроками экспертизы не случайно. Если ответа от Минздрава не будет до августа этого года, то уголовное дело закроют за давностью лет. Так обычно и заканчиваются истории с врачебными ошибками.