Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
Происшествия25 марта 2009 1:00

«Колыбелька» продолжает работать. Почему ее не остановят?

Суд по «делу «Колыбельки» о незаконных домашних родах, закончившихся гибелью младенцев тянется уже целую вечность

Сначала он больше года шел в Петроградском районе, а когда процесс уже близился к концу, его перенесли в Приморский район. И все началось сначала. А тем временем подсудимые Елена и Алексей Ермаковы продолжают принимать роды.

Утренняя болезнь

Руководителей «Колыбельки», чету Ермаковых, обвиняют в том, что они, не имея на то лицензии, принимали роды на дому. Некоторые из них закончились плачевно: в суде рассматривается шесть эпизодов, когда младенцы погибли, и два - когда остались инвалидами на всю жизнь.

- Сейчас идет стадия опроса потерпевших и свидетелей, - рассказала пострадавшая от «Колыбельки» Екатерина Сахарова. - Но заседания постоянно откладываются: последние два раза Елена Ермакова не являлась, говорила, что больна.

Вот и 17 марта Ермакова не явилась в суд. И тогда корреспонденты «КП» наведались в «Колыбельку». Елена как ни в чем не бывало вела там занятия с беременными. Выглядела прекрасно, даже будто помолодела лет на десять. И куда только делась изможденность на лице, которую неизменно можно наблюдать в здании суда? Бодрая, веселая. Ни чихала, ни кашляла. В общем, больной не выглядела.

Мы, конечно, не врачи и диагноз по внешнему виду ставить не умеем, но, возможно, профессиональные доктора подскажут, что это за хворь такая, из-за которой утром в суд ходить нельзя, зато можно вечером проводить занятия с беременными женщинами. А ведь для них любая зараза опасна.

Работа кипит, несмотря на запреты

Да, несмотря на уголовное дело, «Колыбелька» вовсю функционирует! Правда, пару месяцев назад прокуратура вместе с пожарными и СЭС нагрянула туда с проверкой. Нашли массу нарушений, после чего суд приостановил деятельность центра родительской культуры на 60 суток. Узнав об этом, директор стадиона «Динамо», где снимала помещение «Колыбелька», отказал в аренде. Но Ермаковы не расстроились, они просто переехали в другое место - на Васильевский остров, во двор жилого дома.

На двери, ведущей в полуподвал, никаких вывесок. Жильцы даже не знают, что у них под боком поселилась та самая «Колыбелька».

Теперь она занимает три комнаты. Народу полно, тут и там, поглаживая животы, ходят будущие мамы. О суде над Ермаковыми они знают, но уверены, что Елену и Алексея просто травят, что это кем-то проплачено. Но кем, объяснить не могут.

- Эти дуры сами виноваты, что у них дети умерли, - уверенно заявила одна из беременных. - Надо было готовиться к родам. Ребенок не хотел с ними жить, поэтому и погиб.

Медвежья услуга

И все же роды проходят. Последние, ставшие известными, были 8 марта. И хотя в суде Ермаковы утверждают, что не оказывают медицинских услуг, а лишь сидят рядом для психологической поддержки, на фотографиях отлично видно, что Елена именно принимает роды.

В тот раз, к счастью, все закончилось благополучно, потому-то снимки и стали достоянием гласности: счастливые родители поместили их в своем Интернет-блоге, чем оказали Ермаковым медвежью услугу. Лучшего доказательства того, что они продолжают заниматься нелегальной деятельностью, и придумать нельзя.

Конечно, вскоре эти фотографии из блога удалили, но в Сети, как известно, ничего не пропадает бесследно: отыскать их большого труда не составило. Вот папа и мама вместе сидят в бассейне, вот Ермакова принимает ребенка, вот перерезает пуповину, вот вынимает послед. Вот отец с малышом на груди уже отдыхает на кровати, а рядом лежит мать, и Ермакова проводит какие-то манипуляции между ее разведенных и поднятых ног. А вот Ермакова уже взвешивает безменом мешок, в котором лежит младенец. Будто картошку на рынке. Настоящим акушерам-гинекологам, которым мы показали эти снимки, чуть плохо не стало.

Еще одна смерть

Сколько детей умерло во время родов с участием Ермаковых, точно не знает никто.

- Мне известно примерно о двадцати таких историях, но их наверняка было больше, - говорит одна из пострадавших Ольга Васильева, у которой в 2005 году погиб сын. - Многие наверняка побоялись обращаться в милицию, ведь и меня Ермаковы пугали, что я пойду соучастницей. А кто-то просто был не в состоянии заново переживать свое горе - сначала рассказывая обо всем дознавателю, а потом следствию и суду.

Последний из известных случаев произошел 28 октября 2008 года. Новорожденный мальчик умер в реанимации 17-й детской больницы, куда его привезли после неудачных домашних родов. Предварительное расследование выяснило, что их принимали Ермаковы.

Но прошло уже почти полгода, а правоохранительные органы почему-то не торопятся расследовать эту историю. Такое впечатление, что дело просто потеряли. Во всяком случае его следов не обнаружилось ни в следственном управлении при прокуратуре Василеостровского района, ни в милиции, ни у следователей в Петроградском районе, куда его якобы передали, так как именно там расследовали предыдущие эпизоды. Везде пожимали плечами: у нас дела нет. Товарищи следователи, пожалуйста, проверьте все папки на своих столах и в сейфах - не завалялось ли там дело «Колыбельки»? Все-таки дети умирают, а это не шутки.

ЯЗЫКОМ ЗАКОНА

Елену и Алексея Ермаковых обвиняют по статье 235, часть 2 «Незаконное занятие частной медицинской практикой, повлекшее по неосторожности смерть человека». Им грозит до пяти лет тюрьмы.

- Скорее всего, Ермаковым дадут условный срок, - полагает адвокат Сергей Ковалев. - Ведь ранее они к уголовной ответственности не привлекались, к тому же у них пятеро детей. А если они будут и дальше тянуть дело, то может истечь и срок давности. Он по этой статье составляет шесть лет. Правда, они избегнут наказания по нереабилитирующему основанию. То есть будут считаться виновными, и потерпевшие смогут предъявить им гражданские иски.

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Главврач роддома № 17, профессор Антон Михайлов: «Бороться с «Колыбелькой» - все равно, что с сектой»

- Ермаковы работают на контрасте. Они внимательны, предупредительны, всячески показывают заинтересованность в исходе. А именно этого женщины порой не видят в женских консультациях. Поэтому и тянутся к ним. Хотя в Петербурге есть роддома, где с беременными точно так же занимаются, работают с ними индивидуально, причем все это подкреплено очень сильной медицинской составляющей. Так туда не попасть! Запись прекращается в тот же день, когда открывается!

Кроме того, пациент не может оценить уровень медицинской услуги. Все живы, здоровы - и он счастлив, и считает врача хорошим. А ведь можно и в поле родить здорового ребенка, но при этом медицинская услуга будет вряд ли высокого уровня.

- Ермаковы ссылаются на то, что у них смертность не выше, чем в роддомах.

- Мы не знаем настоящей статистики в «Колыбельке». К тому же роддома работают со всеми женщинами, а Ермаковы - только со здоровой популяцией, они отсеивают всех сложных пациентов, снижая свой риск. И в этих случаях их методология приводит к тому, что возникают проблемы. Причем если бы женщина находилась даже в самом обычном роддоме, шансы на оказание соответствующей помощи были бы больше.

- Как образумить женщин, продолжающих ходить в «Колыбельку»?

- Давать им информацию. Это все равно, что спросить: «Что делать, чтобы дети не попадали в секту?» Вот когда мы узнаем ответ на этот вопрос, мы поймем, чтобы беременные женщины не обращались в «колыбельки».

ОТ РЕДАКЦИИ

Только не самосуд!

Наших женщин ничто не остановит. Если уж решили поставить эксперимент над собой и будущим ребенком - так и сделают. Печальный опыт предшественниц ничему не учит, каждая уверена, что уж с ней-то ничего плохого не случится. Вот и отдают себя в руки шарлатанов с непонятно каким образованием.

Потом, конечно, приходит прозрение, да уж поздно. А пока клиентки «Колыбельки» стоят горой за Ермаковых, слепо им доверяют, не слушая доводов разума. Ну чем не секта?

С самими акушерами-нелегалами все понятно: это просто бизнес, которому не должны помешать даже смерти младенцев. И совесть тут ни при чем. Умерли? Мамочки виноваты. Именно так Ермаковы говорят своим ученицам.

А ведь эти мамочки вызывают не только жалость, но и уважение. Они пошли официальным, законным путем: обратились в прокуратуру, хотя процедура расследования и суда, увы, такова, что им приходится еще и еще раз переживать свое горе. Главное, чтобы здесь правоохранительная система не дала сбой. Потому что перед глазами стоит опыт Виталия Калоева, у которого в авиакатастрофе над Боденским озером погибли жена и двое детей. Он очень надеялся на правосудие, но не дождался его. И тогда взял функции палача на себя.

Вы видели ярость мам, у которых гибнут дети? Не дай бог встать на их пути. Но сейчас они держатся и ждут приговора. Любого, но действенного, чтобы Ермаковы больше никогда ни у кого не принимали роды. Они не хотят самосуда, они хотят решения суда.