
Жена - первый слушатель
- Виктор Михайлович, говорят, вы хоть юбилей и отметили, но еще хотите повторить?
- За последнее время много юбилеев случилось: Диме Харатьяну - 50, Мише Боярскому - 60, мне - 75. Вот и решили, что на фестивале «Виват кино России!» соберут нас троих вместе.
Я сяду за рояль, Миша споет «Ланфрен-ланфра», а потом вместе с Димой дуэтом - «Не вешать нос». Вот такой триптих «организуем» в мае.
- Говорят, что песню «Ланфрен-ланфра» вы посвятили жене…
- Это не совсем так. Просто, когда сочиняешь, иногда с близкими советуешься. Просишь: «Вот послушай, что я тут написал…» А у Иры хороший вкус.
- Жена ваш советчик?
- Ну, не советчик, я советов не слушаю, а первый слушатель. Она из тех, кто может сказать: «Что-то не то, тебе надо поискать еще».
- Вы прекрасно выглядите. Может, это свойство творческих людей - когда мысль работает и тело в порядке?
- Если человек работает, у него есть идеи и он не замыкается на сделанном, а смотрит вперед - это и на внешнем виде отражается. Я, например, не люблю вспоминать прошлое. У меня новых идей много.
- Над чем сейчас работаете?
- Заканчиваю работу с Германом-старшим над фильмом «Трудно быть богом». Работа серьезная, материал очень интересный. И с Марком Розовским в Москве делаю спектакль по «Процессу» Кафки.
Финансовая операция в масштабе страны
- Как вы относитесь к современному шоу-бизнесу?
- Резко отрицательно. У нас происходит духовная катастрофа. Дело даже не в старом поколении, которое бурчит и не понимает новое поколение. Профанация. Жуткие тексты. Кошмарная музыка. В сериалах она ниже плинтуса. Из какого-нибудь фильма вы мне можете сейчас назвать мелодию, которая понравилась бы и запомнилась? Ну нет же этого!
- А вы сами смотрите сериалы?
- Краем глаза, на отдыхе, когда нечего делать. Иногда думаешь: мама дорогая, кто ж это делал?
- Может, все же появляются исполнители, которые вам нравятся?
- Нет. Понимаете, ведь хочется увидеть молоденького Боярского, молоденькую Люсю Гурченко. Молодого Миронова. Но «их» нет.
- А вот сейчас Петра Налича на «Евровидение» посылают…
- Это бизнес, который не относится к искусству совершенно. Ну подумаешь, этот мальчик на скрипочке играл в прошлый раз. Это же детский лепет на лужайке. Или какой-то аккордеонист там прыгает, на коньках уже ездит. Так играет каждый приличный студент, который три с плюсом получает.
- Шоу-бизнес - закрытая территория?
- Это вообще не территория. Это финансовая операция в объеме страны. Но, к большому сожалению, это плохо кончится. Мы опустим вкусы зрителей до такого состояния, что они не будут ничего воспринимать.

ОТКРОВЕННО
Менять облик города нужно по-умному
- Вы родились и выросли в Ленинграде, прожили здесь всю жизнь. Какие любимые места?
- Там, где я живу, и есть любимые места: Летний сад, Марсово поле, площадь Искусств, набережные Фонтанки, Мойки.
- Прогулки вдохновляют?
- Очень вдохновляют. Вся моя музыка к фильму «Проводы белых ночей» написана под впечатлением: гулял в белые ночи неоднократно.
- Сейчас разворачиваются дискуссии по поводу облика нашего города. Как вы относитесь к нововведениям?
- Смотря что и где строить. Есть серые, безликие районы. И давно нужно было вопить: «Что ж вы делаете? Застраиваете серийными, абсолютно одинаковыми домами». Есть такие новые районы, на которые смотреть невозможно. Попадаешь туда и понять не можешь, в каком городе ты находишься в Днепропетровске, еще где-то или в Петербурге. Так что я не против, если у нас вырастает новый район с интересными в архитектурном плане домами. Только не надо его строить в исторической части. А то получится, как с комплексом «Монблан», который торчит инородным телом на набережной Невы напротив «Авроры». Но где-нибудь на Гражданке этот дом нормально бы вписался.
- Тем не менее насчет «Охта центра» вы настроены положительно…
- Город должен развиваться. Относиться вот так девственно, мол, не трогайте, нельзя. И в Париже есть новые районы. Правда, они расположены не рядом с Лувром или собором Нотр-Дам. Строить нужно по-умному. Депрессивные кварталы необходимо менять. И такие здания, как «Охта центр», будут их только украшать.