
Фото: Александр ГЛУЗ. Перейти в Фотобанк КП
Деревянный крест на могиле Эдуарда Хиля, самого солнечного певца Советского Союза и России, в день его восьмидесятилетия сменил памятник. И даже тут не обошлось без чудес: с самого утра каменное изваяние не покидала бабочка. А как только его окропили святой водой, на могилку слетелись голуби.
– Это знамение божье, – сказала Зоя Правдина, супруга Эдуарда Хиля. – И хотя мы стоим у могилы, у меня так благостно на душе. Ведь это новое рождение Эдуарда Анатолиевича, в камне. Мы до последнего не верили, что сегодня это свершится и что памятник будет установлен.
Съемка - Александр ГЛУЗ
Работа над двухметровым памятником великому артисту шла целых полтора года. А завершилась только накануне ночью. Верхнюю, скульптурную, часть с бюстом певца привезли на Смоленское кладбище прямо перед открытием.
– Еще вчера я работал дотемна и сам не верил, что успею, – рассказал автор памятника, архитектор Юрий Евграфов. – Здесь Эдуард Анатолиевич запечатлен сразу в двух состояниях: живой, улыбающийся артист, каким его мы видели на сцене, и человек, философски относящийся к жизни.

Фото: Александр ГЛУЗ. Перейти в Фотобанк КП
Но прежде чем прийти к такому объединению, отмели множество вариантов: одни казались родным «неживыми» или непохожими на любимого мужа, отца и деда, другие – слишком пафосными.
– Были и фигуры в полный рост, – поделился с «Комсомолкой» Дмитрий Хиль. – Одна из них – папа стоит и поет. Больше на Есенина было похоже. А здесь такое место ответственное, что пафосные варианты типа Церетели не подходят. Поэтому приходилось постоянно говорить: «Скромнее, пониже».

Фото: Александр ГЛУЗ. Перейти в Фотобанк КП
Остановились на варианте восьмом. Бюст Хиля исполнили в натуральную величину: близкие хотят, чтобы на погосте их встречал «настоящий» Эдуард Анатольевич. Не забыли и о фирменном жесте артиста – правой руке на груди. Чтобы натурально воссоздать его, потребовалось два десятка фотографий. Памятник «одобрил» и сам Хиль: сбоку на памятнике есть его знаменитый росчерк с петушком.
– Форму камня я придумал сам, – пояснил Дмитрий Хиль. – Он одновременно напоминает и сердце, и крышку рояля. И хотя в первую очередь смотрят не на камень, а на лицо, образ памятника складывается на подсознательном уровне. В нем есть что-то и от души, и от музыки.

Фото: Александр ГЛУЗ. Перейти в Фотобанк КП
На панихиде около часовни Ксении Петербургской было два десятка родных и близких Хилю людей. Могилу засыпали живыми цветами. А у изваяния засветили три лампадки – от жены, сына и внука Эдуарда. Он сейчас оканчивает школу, а музыкой серьезно занимается с самого детства. В семнадцатилетнем Эдике видят продолжателя дела знаменитого деда.
– То, что меня сравнивают с дедушкой, меня не тяготит, – признается Эдуард. – Как раз наоборот. Ведь я его уважал и уважаю до сих пор. И, может быть, я, как дедушка, поступлю в консерваторию на вокальное отделение.

Фото: Александр ГЛУЗ. Перейти в Фотобанк КП
Без воспоминаний о любимом деде – как помогал делать сольфеджио, как вместе косили траву на даче, как смотрели футбол – не проходит и дня. Ведь в квартире, где живет все большое, но уже осиротевшее, семейство, все осталось по-старому: на столе – ноты Эдуарда Анатольевича, в шкафу – его одежда.
– Каждый день я жду, что он вернется, – поделился Эдуард. – Мы будто все ждем, когда он вернется с концерта. Надеюсь, потихоньку я привыкну. Но справляюсь хорошо. Ведь это светлая память о веселом и свободном человеке, который был ко всем добр и никогда не грустил.