Доставить «Оникса» домой: Героическая история командира роты, которого после гибели несли под обстрелами 17 км

Андрей "Оникс" Онькин получил посмертно звание Героя России. Фото: архив семьи

«Хочу быть танкистом, чтобы никакие твари не ползли на Россию», - письмо с такими строками еще в пятом классе написал петербуржец Андрей Онькин, будущий Герой России. Командир штурмовой роты три года безвылазно служил в горячих точках на СВО и освободил с десяток стратегически важных населенных пунктов. Когда 11 марта 2025 года Андрей попал под обстрел и погиб, сослуживцы под обстрелами несли его целых 17 километров – немыслимое расстояние, да еще и под обстрелами. Но они не могли иначе.

Штурмовики Оникса относились к нему как к брату и отцу. Фото: архив семьи

«Я исполню свой долг»

Андрей родился в семье военных: он внук фронтовика, сын полковника и медсестры. В детстве, как уже понятно из его письма, обожал советскую технику. Ребенком вдоль и поперек облазил с друзьями танковое кладбище в поселке Каменка в Ленобласти. В восьмом классе парень поступил в Суворовское училище в Ульяновске, где преподавал брат его отца. И если первые месяцы чуть ли не плакал, то потом влюбился в атмосферу братства и не хотел возвращаться домой. Забегая далеко вперед, скажем, что Андрей сохранил дружеские отношения с любимым воспитателем Сергеем Борзовым – с ним он советовался даже в самых патовых ситуациях на СВО, например, когда его отряд прятался в подвал разрушенного здания и отбивался от двух десятков ВСУ-шников. В момент передышки Онькин написал учителю за помощью, и тот посоветовал оперативно заминировать все входы и выходы здания. Сработало, враг «самоустранился».

Оникс считается камнем мужества и силы. Таким и был Андрей. Фото: архив семьи

Но до геройства на СВО было еще больше 10 лет жизни на гражданке. У Андрея была небольшая охранная фирма. Увлекался тюнингом авто, на своей AudiA4 даже гонял на любительских заездах. Жизнь мужчины перевернулась после встречи с супругой Татьяной.

Тюнингованная машина "Оникса". Фото: архив семьи

- Он просто написал мне «Привет!» в соцсетях и предложил встретиться. Приехал, и у меня шок: у него такие же номера на машине, 833. Словно это судьба. Мы всю ночь прогуляли по Невскому проспекту. И все это случилось 24 февраля 2014 года, через восемь лет день в день начнется СВО. Еще один знак! В целом, Андрей был таким авантюристом, легким на подъем. Мой офис всегда был усыпан цветами и фруктами от него. Всегда поддерживал меня и баловал, - вспоминает Татьяна Онькина.

В отношениях пары было много символизма - взять хотя бы похожий госномер их машин. Фото: архив семьи

Пара быстро сыграла свадьбу. Татьяна забеременела, и Андрей загорелся идеей создать родовое гнездо под Гатчиной. Сами заложили фундамент основного дома и построили гостевой. Вместе растили сына и дочь: отдали мальчика в хоккей, а дочку в фигурное катание.

Андрей и Татьяна в одиночку построили дом. Фото: архив семьи

Когда началась мобилизация, Андрею моментально пришла повестка.

- Он тут же мне позвонил и сказал: «Солнышко, не переживай». А через два часа уже купил в военторге всю необходимую амуницию и медикаменты. Сразу обрубил меня: «Таня, это наш первый и последний разговор на эту тему. Я мужчина, принял присягу и исполню свой долг. Если я не помогу стране, мы не сможем спокойно спать, а наши дети не смогут выступать на льду, исполнить свои мечты».

Самый прочный камень и командир

В руководстве быстро поняли, что Андрей как швейцарский нож – универсален. В первые месяцы службы он смело проявил себя при штурме поселений, учил «зеленых» товарищей обращаться с оружием, возводил блиндажи, даже строил баню, поддерживал моральный дух солдат и, что главное, обладал русской смекалкой.

- Как-то в полях отряд Андрея нашел три вражеских БМП. Муж обожал технику, поэтому с осторожностью осмотрел каждую боевую машину. Сказал: «Все дохлые, но из трех можно собрать одну рабочую». Пыхтел над ними и реанимировал. А когда вернулся за машиной, ее внезапно начали грузить другие наши ребята. Андрей к ним подскочил: «Что здесь происходит?». От обиды представился капитаном, и ему с перепугу отдали честь, говорят: «Все вернем, только пушку отремонтируем!», - улыбается Татьяна Онькина.

Андрей был на СВО с самого начала и прошел путь от штурмовика до командира роты. Фото: архив семьи

Андрея отправили на офицерские курсы, он дослужился до командира ротой в 121-м мотострелковом полку 69-й гвардейской мотострелковой дивизии ЛВО.Сослуживцы делятся, что он умел раскрывать таланты. Например, только на счету оператора дрон, щуплого юноше с позывным Федук,- до батальона уничтоженной живой силы противника, и больше 100 единиц подбитой техники. Сам лейтенант не никогда отсиживался в тылу.

- Андрей рассказывал: «Тань, ну я же с солдатами как с котятами. Вырастил их, обучил. Поэтому пока сам не проверю передок, их одних не пущу». Да даже с пленными ВСУ-шниками он был очень гуманным. В первую очередь, вел их мыться в баню, кормил, а уже потом отправлял в тыл.

За время СВО командир получил четыре тяжелых ранения. К ним он относился философски – просто временные трудности. Наверное, поэтому его позывной – «Оникс», по названию одного из самых прочных камней. Например, однажды под их БМП взорвались две мины, Андрей сильно обгорел – когда эвакуировался, кожа слазила с рук и лица.

- Когда его привезли в Петербург на лечение, у него не было ни бровей, и ресниц, все в лоскутах. Страшно, но он же у меня оптимист. Отмахнулся: «Все будет хорошо». Он даже не думал остаться на гражданке.

Командир старался по возможности возвращаться к семье в отпуск, и каждая из их встреч была незабываемой. Фото: архив семьи

Возвращение домой

За несколько дней до гибели лейтенант планировал уйти в отпуск, купил парадную форму. В разговоре с женой все оттягивал: «Солнышко, еще одну неделю, я обустрою бойцов в новых блиндажах и приеду». В роковой день Андрей вышел поправлять антенну связи, в этот момент прилетел снаряд. Шансов выжить не было. Несмотря на то, что эта зона считалась «серой» (за нее шли активные бои), был отдан приказ: доставить «Оникса» домой.

- Группа эвакуации несла его 17 километров по болотам, лесам, через реку. Под обстрелами, это очень рискованно. Двое бойцов из группы эвакуации получили ранения. Но сослуживцы очень уважали его, считали членом семьи, ведь он не только помогал им на поле боя, в быту, но и всякий раз рапортовал о награждении своих бойцов. Они очень его ценили.

Одно из последних сообщений Андрея любимой жене. Фото: архив семьи

Андрея похоронили на Муринском кладбище – недалеко живут его родители.

- После его гибели у него в кармане возле сердца нашли талисманы: дощечки, на которых выжигал рисунки наш сын, фенечка от дочки. Я храню обручальное кольцо мужа и его часы, которые до сих пор периодически пищат. Не знаю, почему-то мне становится тепло от этого. У меня нет чувства недосказанности по отношению к мужу.Все, что мы хотели, мы друг другу говорили каждый день, - признается Татьяна Онькина.

Андрея посмертно наградили золотой звездой Героя России. Кроме того, при жизни бойца наградили медалью «За отвагу» и орденом Мужества.Его сын сейчас заканчивает четвертый класс, а дальше – пойдет в Суворовское. Парень твердо решил быть, как его папа.

А в это время

Память Андрея Онькина собираются увековечить – такое поручение дал губернатор Александр Беглов. Семья героя предполагает, что в его родной школе в Каменке в будущем может появиться мемориальная плита или памятник: «Он очень любил это место и благодарен всем учителям».

Хотите узнавать самые важные новости Петербурга?

Подпишитесь на Telegram-канал «Комсомольская правда: СПб» или «Комсомольская правда: СПб» в мессенджере Max

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Один в поле воин: История подвига Сергея Ярашева, которая потрясла Владимира Путина (подробности)

«Президент так сжал руку, что я растерялся»: Капитан из Ленобласти получил звезду Героя России за взятие стратегически важной высоты (подробности)

«Один уничтожил 10 националистов и ценой жизни защитил роту»: Погибший на спецоперации капитан из Петербурга удостоен звания Герой России (подробности)

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

Хакер рассказал, как украинские спецслужбы шпионят за жителями России