Народная артистка России Антонина Введенская - о ТЮЗе, счастье и семье

Введенская признается, что главные образы ее еще не сыграны.

Фото: Предоставлено "Комсомолке".

Каждое появление Введенской на сцене становится незабываемым праздником для зрителей, которых она очаровывает своей самобытностью и неповторимостью. Но, оказывается, Антонина Юрьевна никогда не хотела быть актрисой, а мечтала совсем о другой карьере. Антонина Введенская рассказала о пути на театральные подмостки и о том, как она собирается отмечать столетие любимого и единственного театра в ее жизни — ТЮЗа имени А.А.Брянцева.

- Антонина Юрьевна, вы помните, когда впервые оказались в Театре юных зрителей?

- Свой самый первый раз в ТЮЗе, наверное, не вспомню, но одна история врезалась мне в память. Я была уже классе в 8-ом и пришла на спектакль. В те времена в театр было принято брать сменную обувь. Я взяла с собой красивые белые туфельки с бантиками. А когда я уходила из театра, то забыла их в гардеробе. Я позвонила в театр, мне сказали, что забирать туфельки надо на служебном входе. Я туда пришла и помню, что там была стеклянная дверь, через которую был виден холл с расписанием спектаклей. А еще стояли стулья и скамейки, на которых сидели актеры и пели под гитару. Это был первый раз в жизни, когда я заглянула в закулисье.

- Наверное, тут-то в душе что-то и зародилось?

- Нет, ничего подобного. Я никогда не хотела стать актрисой. Это было желание моего папы Юры. В юности он сам хотел быть актером, поступал в театральный институт, но не поступил. И решил с помощью наследницы реализовать несбывшуюся мечту. Поэтому я с детства посещала различные драмкружки, вечно куда-то поступала, постоянно участвовала в театральных конкурсах. Конечно, я при этом ужасно нервничала, зато потом это мне здорово помогло при поступлении в ЛГИТМИК. Я была настолько натренирована всеми этими испытаниями, что уже не тряслась так, как остальные абитуриенты, а чувствовала себя гораздо увереннее своих конкурентов.

- Кем работал ваш папа, который так и не стал актером? И кем была ваша мама?

- Папа был фотографом. Причем очень классным. Он фотографировал детей в детских садах. Практически в каждой ленинградской семье есть его снимки. Он подходил к процессу очень творчески. Никогда не снимал классические скучные портреты, а запечатлевал мини-истории. Он фотографировал ребят в движении — как они моют кукол, соревнуются, обедают, играют в поваров. Это были настоящие живые картинки. Папа обожал семью — маму и нас с младшей сестрой. Поэтому он сделал все, чтобы мама не работала. Она занималась нашим воспитанием.

- Получается, вы росли практически в «тепличных условиях»?

- Я росла в атмосфере любви и добра. При этом папа всячески поощрял и стимулировал во мне самостоятельность. Он мог дать мне денег — Тоня, пойди, купи себе пальто! И я шла, выбирала то, что мне нравится и сама покупала. А в 9 классе я сама купила себе огромный портфель — такой, чтобы в него влезали все учебники, и не надо было их вынимать целую неделю – такая вот хитрость. Еще папа очень любил театр, поэтому каждый субботний вечер родители ходили в театр на взрослые спектакли. Детей до 16 лет туда тогда не пускали. Помню, мне было лет 14 и меня специально водил в парикмахерскую, мне там делали прическу с начесом, чтобы я выглядела повыше и старше. Я надевала каблуки, папа ставил меня за маму, которая была 1 метр 52 см ростом, и мы каким-то чудесным образом проскальзывали на «взрослые спектакли». Только один раз у нас только не получился наш трюк — нас не пустили. А каждое воскресное утро мы ходили на детские спектакли вместе с младшей сестрой. Это был настоящий ритуал, который никогда не нарушался.

- Когда же вы успевали учиться в школе?

- Я практически не училась. К счастью, у меня была отличная память, и я запоминала все, о чем говорили на уроке.

- Получается, что после 10-го класса вопрос, куда поступать перед вами не стоял?

- Вы не поверите, но папа отправил меня поступать на Моховую уже после 9-го класса! И я прошла все испытания до того тура, когда надо было нести документы. Тогда мне пришлось уйти, я же еще не закончила школу. Но я ни капли об этом не жалею, ведь через год курс уже набирал Корогодский, и если бы я была на год старше, я бы к нему не попала. На будущий год в Ленинград приехала отборочная комиссия МХАТа и они выбрали мальчика и двух девочек, в том числе и меня. И пригласили нас на третий тур в Москву. Я поехала поступать в столицу. Там в театре мне хотели предоставить общежитие на время экзаменов, но я почему-то ляпнула, что мне есть, где ночевать, хотя на самом деле было негде. Поэтому пришлось провести ночь на Ленинградском вокзале. Я очень боялась, что моя юбка, в которой я собиралась на экзамен, помнется. Поэтому я аккуратно положила ее в камеру хранения. А сама спала на скамейке в брюках. Во МХАТ я так и не поступила. И, знаете, я не расстроилась, наоборот была очень рада! Мне совершенно не понравилась Москва, это не мой город. Я вернулась в Ленинград и поступила в ЛГИТМИК на курс к Зиновию Яковлевичу Корогодскому.

- Какое впечатление на вас произвел Корогодский, когда вы познакомились?

- Вступительные экзамены проходили в несколько туров. После второго было собеседование, и Зиновий Яковлевич беседовал с каждым отдельно. Он спрашивал, почему я хотела стать артисткой. Я ему честно ответила, что это была желание моего папы, и он совершенно нормально на это отреагировал. Потом он спросил, дружу ли я с мальчиками, и как они относятся к тому, что я поступаю в театральный институт. А я ему дерзко ответила, что мальчики не для этого существуют! Помню, я во время беседы сильно волновалась — ведь это сам Корогодский!

- Ваша актерская звезда зажглась благодаря желанию отца. А вы сами кем хотели стать?

- Я хотела быть укротительницей тигров, метрдотелем или следователем. Так, что очень даже неплохо, что я стала актрисой!

Народная артистка России Антонина Введенская служит в Театре юных зрителей уже почти 45 лет.

Фото: Предоставлено "Комсомолке".

- Как отреагировал папа, когда вы поступили к Зиновию Яковлевичу?

- Как только я узнала, что прошла, сразу позвонила папе из телефона-автомата и сообщила ему радостную новость. На что он спокойно мне ответил: «Да, я знал, что так и будет». Думаю, эта его железобетонная уверенность в моем успехе мне очень сильно помогла. Здорово, когда в тебя верят, от этого у человека вырастают крылья за спиной.

- Антонина Юрьевна, на будущий год вы будете отмечать 45-летие работы в ТЮЗе. За это время сыграно много разных ролей. Какие ваши любимые образы сегодня?

- Наверное, те, что еще не сыграны. Это как ожидание долгожданного ребенка. Больше всего в театре я люблю процесс создания роли. Ведь только от меня зависит то, каким получится персонаж. Взять хотя бы мою Бастинду из «Волшебника Изумрудного города». Все ее терпеть не могут потому, что она отрицательный персонаж. А вы только представьте себе, что этой несчастной женщине приходится терпеть каждый день! Она не может ни умыться, ни зубы почистить, ни голову помыть, потому что как только ее коснется вода, она тотчас растает! Она не живет, а мучается. И какой у нее может быть после этого характер?

- В сотом юбилейном сезоне в ТЮЗе состоятся несколько премьер. В какой из них вы заняты?

- Денис Хуснияров ставит у нас «Иванова» по пьесе Антона Павловича Чехова. И он сказал, что я сама могу выбрать себе роль, чем я тут же воспользовалась. И взяла себе роль… старушки-гостьи без слов (шутка)!

- Почему такой выбор? Можно же было взять роль намного более важную, чем эта?

- Потому что такую роль можно сделать изумительно и ощутить истинную свободу и полет творчества. Автор не наделил этот персонаж ни характером, ни внешностью, ни словами. Это прекрасный чистый лист, на котором я могу рисовать все, что мне вздумается. Это и есть творческая актерская работа. Ты целиком творец и исполнитель. Я очень люблю такой материал.

- В этом сезоне ТЮЗ отмечает свой сотый день рождения. А вы отметите 45-летие своей службы на прославленных подмостках Что вы чувствуете?

- Конечно, я счастлива, что являюсь свидетелем этого замечательного события, что всё происходит на моих глазах! Я же еще помню, как отмечали 50-летие театра, когда я была студенткой. И вдруг неожиданно уже 100-летний юбилей! Время несется стремительно, и это немного пугает, если честно. Очень грустно, что многие мои товарищи, которые заслужили этот праздник, его не застанут — это и Николай Иванов, и Игорь Шабанов, и Лиана Жвания, и Светлана Демиденко, и Миша Николаев и многие другие. Буду о них вспоминать, поднимая бокал шампанского за процветание и долголетие ТЮЗа.

- Антонина Юрьевна, у вас две дочери и трое внуков. Они пошли по вашим стопам?

- Дочки стали актрисами. Старшая Аня служит в театре «Суббота», младшая Люба до недавнего времени работала в Театре комедии. Внучками 13 лет и 3 года, внуку 11 лет. Они еще слишком юные для того, чтобы выбирать свой жизненный путь. Мне кажется, они не станут продолжателями нашей династии. По крайней мере, я пока не вижу у них особого интереса к актерской профессии. Но не буду зарекаться, время покажет.

- Как выглядит идеальный вечер народной артистки России Антонины Введенской?

- Это большой накрытый стол, за которым собралась вся моя семья — дети, внуки и моя сестра Ира с сыном и мужем. Как в русской пословице «Когда все вместе, то и душа на месте». Это и есть настоящее счастье.