В Петербурге Дед Хасан ходил под охраной вооруженных милиционеров

Жилье в Петербурге Аслан Усоян купил в 1994 году. Десятиэтажный дом № 7 по Дунайскому проспекту огромный, на полтысячи квартир. Усоян поселился в крайнем, десятом, подъезде не третьем этаже.

- Въехал и выложил новенькой кафельной плиткой лестницы аккурат до своей площадки, - вспоминают соседи. - Чтоб красиво было. Хотя сам ездил на лифте.

От машины до кабины Усоян передвигался чуть ли не перебежками. Скорыми шагами заходил в подъезд, взмывал по ступенькам, поднимался, и дверь квартиры за ним захлопывали. Ни ответа, ни привета.

- Он-то и не здоровался никогда, - говорят старожилы. - Кивал головой при встрече. Соль просить бесполезно.

Простые жильцы не сразу, но поняли, с каким важным человеком имеют дело. Определения “Вор в законе”, “мафиози”, “бандит” если и звучали, то шепотом. Не принято было.

По-соседски на Деда Хасана никто не обижался. Ходили к нему компании небольшие, вели себя тихо, не буянили, крутой норов не показывали. В общем, не давал повода для беспокойства.

Бывали в подъезде и квартире авторитета вооруженные милиционеры. Несколько лет назад к Усояну приезжали с обыском. Вынесли, говорят, много золота и денег.

- А одно время Деда Хасана охраняли милиционеры в форме и с автоматами, - вспоминает жилец. - Ходили за ним по пятам, провожали до квартиры.

Последний раз авторитета видели на Дунайском пару лет назад. В Новый год, если он и приезжал в Северную столицу, то останавливался в другом месте.

В 406-й квартире, как говорят, живет сын убитого с семьей. На звонки, правда, никто не ответил. Подъезд выглядит как обычно - ни цветов, ни фотографий, ни свечей. Видимо, дань уважения поклонники Деда Хасана отдадут в другом месте.

- Умер, и слава Богу, - махнул рукой сосед Анатолий, живущий этажом ниже.