Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+9°
Boom metrics

82-летнюю бабушку-инвалида выдворяют из Финляндии в Выборг

На том основании, что она не близкий родственник своей дочери, живущей в Хельсинки
Источник:kp.ru

Возвращаться некуда Наталья Антонова переехала в Финляндию 20 лет назад, вышла замуж и взяла фамилию супруга - Кяярик, родила двух детей. Все, казалось бы, складывалось благополучно. Вот только сердце болело за маму, которая осталась в Выборге. Забрать ее к себе насовсем Наталья не могла - в Финляндии вид на жительство выдается только близким родственникам, а к ним, по законам этой страны, относятся только супруги (в том числе, и гражданские) и дети до 18 лет. Три года назад Ирина Ивановна, мама Натальи, перенесла инсульт. Одну ногу полностью парализовало. - Тогда еще была в силе гостевая виза, и в марте 2008 года я перевезла маму к себе, - рассказывает Наталья. – Забрать ее предложил мой муж. Мама вообще была в жутком состоянии, не могла ни ходить, ни сидеть. Ей был нужен постоянный уход. Уже здесь, в Хельсинки, она несколько раз ложилась в больницу: было еще два микроинсульта, к тому же у нее хроническая астма. Супруги почти сразу обратились в миграционной службу с просьбой выдать вид на жительство старенькой матери. После нескольких месяцев размышлений финские чиновники им отказали. - С тем основанием, что мама не является мне близким родственником, представляете? - возмущается Наталья. – Но куда ее везти? В Выборге у нее больше нет никаких родных, я единственный ребенок в семье, папа давно умер, а развелись они с мамой еще когда я была совсем маленькой. Там некому не то, что ухаживать за ней, но даже просто встретить на вокзале.

Вокруг церкви с коляской Первый отказ пришел в октябре 2008 года. А в декабре Ирина Антонова, которая уже начала понемногу ходить, упала и сломала шейку бедра. Депортацию назначили на 10 февраля 2009 года, но Наталья Кяярик тогда позвонила в местную газету и рассказали об этой истории. Полиция на публикацию отреагировала сразу: Наталье позвонили и сказали, что спешки нет. Потом Ирина Ивановна еще несколько раз попадала в больницу, а ее дочь тем временем пыталась оспорить решение миграционной службы в суде. - В этом году депортацию назначили на 11 февраля, - продолжает Кяярик. - Из клиники маму уже выписали, но сама она ходить не могла. Я возила ее в инвалидной коляске. Нам передали, что маму посадят на поезд, но при этом даже не объясняли, куда ее повезут - мол, «все договорено». Мы попросили укрытия в ближайшей к дому церкви, и пастор нас впустил. Об этом я сразу сообщила полиции, - мы не прятались. К тому времени скандальная история уже освещалась в финских СМИ, и у ворот лютеранского храма собралась толпа журналистов. - Где-то через час пресса стала расходиться – все были уверены, что полиция уже не придет, - вспоминает Наталья Кяярик. – Нас успокаивали, говорили, что в Финляндии не могут допустить такого издевательства над старым и больным человеком. Но когда мы вышли из церкви, из-за угла к нам направились несколько человек в гражданском. Они представились - «миграционная полиция», и потребовали выдачи Антоновой. Старушка сидела на инвалидном кресле и ничего не могла понять: все вокруг говорили по-фински, щелкали вспышки фотоаппаратов, на нее были направлены камеры телевизионщиков. - И я с этой коляской по февральскому снегу попыталась куда-то убежать, - продолжает Наталья. - Так мы «гонялись» вокруг церкви, муж не знал что делать, кого хватать, я чуть ли не теряла сознание от страха. Тогда маму мы все-таки «отстояли». Я так поняла, что ее передача на границе была назначена на определенное время, - и пока мы тут ее удерживали, они потеряли эту связь. - По сегодняшний день над нами висит угроза депортации, - добавила Наталья. – Мы пытались обжаловать это решение в нескольких инстанциях, но безуспешно. Мама почти все время находилась в больнице, и отчасти поэтому у полиции не было возможности выдворить ее из страны. Больше всего меня возмущает, что тут никто ни за что не отвечает. В нашу поддержку высказывалась и президент Тарья Халонен, и митрополит Амбросий. Но ничего не изменилось – все тот же клерк миграционной службы Олли Коскипиртти подписывает очередной отказ. Со мной и мужем встречался премьер-министр Финляндии Матти Ванханен. Тогда как раз шло дело по семье Рантала, и я сказала, что не хочу доводить до международного скандала. Премьер со мной согласился, сказал, что все это нужно решать на месте. Но теперь меня вынуждают - что еще мне остается делать? Русскую тещу защищает финский зять В последнее время проблемы со здоровьем начались и у Натальи, которая раньше никогда не ходила по врачам. Два года рядом с больной матерью, безуспешные попытки добиться визы измотали несчастную женщину и привели к сильнейшему стрессу. К счастью, Наталье очень помогает ее второй муж Ари Лайтанен. В последнее время именно он занимается справками и обиваниями порогов всевозможных служб. - Не знаю, что бы я делала без него, - говорит Наталья. - Был период, когда я решила, что не выдержу. Мама вновь попала в больницу, у нее сердце еле билось - 32 удара в минуту. Осенью врачи все же решились сделать ей серьезную операцию и поставили кардиостимулятор. Я тогда все время была с мамой, и муж один всех обзванивал, бегал по чиновникам. В октябре прошлого Ари Лайтанен объявил, что отказывается от военного билета. «Если я не могу защитить свою тещу, то какой из меня может быть защитник Отечества», - объяснил он в комендатуре.

- Я не знаю, может быть, миграционные службы надеялись, что мама просто потихоньку уйдет из жизни, и проблема решится сама собой, - говорит Наталья. - Но врачи, слава богу, помогли ей выкарабкаться. Я не понимаю этого Олли, неужели у него самого нет родителей? «Я не хочу вам мешать» - Мы уже пошли по кругу, пытаясь получить вид на жительство - устало говорит Наталья. - Запрос в миграционную службу Финляндии, попытки обжаловать решение в административном суде города Хельсинки, Верховном суде, снова миграционная служба... Нам отказали все. Последний полученный ответ несколько отличается от предыдущих вариантов. Там подтверждается, что старушка действительно полностью зависит от дочери.

- Эту фразу «полностью зависит от дочери» врачи очень долго не могли вписать в справки: никто не хотел брать на себя ответственность, - говорит Наталья. – При такой формулировке по закону ей должны были дать визу. Сейчас свой отказ миграционная служба обосновала тем, что «за Антоновой может ухаживать кто-то другой, или Кяярик может поехать в Россию вместе с матерью». В медицинской справке, которую выдали финские врачи, говорится, что Ирина Антонова не транспортабельна, это может привести к летальному исходу. Что в такой ситуации делать, полиция не знает. По закону, они должны депортировать старушку из Финляндии, но, с другой стороны, взять на себя такую ответственность - выдворить из страны больного человека, инвалида - они не могут.

- А мама все время расспрашивает, что там, дадут ли ей со мной жить, - продолжает Наталья. - Недавно все-таки пришлось сказать, что пока еще нет разрешения. Она расплакалась и попросила вытащить «эту батарейку», то есть кардиостимулятор. Сказала, что не хочет нам мешать, и спросила, куда ей деваться: в России у нее никого и ничего не осталось.