Санкт-Петербург
Звезды30 октября 2020 14:05

Градозащитник – о барельефе Мефистофеля: «Может, всю дьявольщину в Петербурге отобьем?»

Будущее домов Лишневкого и Басевича обсудили в эфире радио «Комсомольская правда»
Барельеф с Мефистофелем сбили с фасада дома-памятника в 2015 году.

Барельеф с Мефистофелем сбили с фасада дома-памятника в 2015 году.

Фото: Анатолий ЗАЙОНЧКОВСКИЙ

Почему восстановленный барельеф с Мефистофелем – хорошо, а театр в парке «Тучков буян» – плохо? Радио «Комсомольская правда в Санкт-Петербурге», 92.0 FM, обсудило самые острые градостроительные темы с заместителем председателя Совета Санкт-Петербургского городского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК) Александром Кононовым.

ДАЧА НА ОЗЕРКАХ

– Телеграм-каналы наперебой обсуждают историю о Даче при саде в Озерках на Береговой улице.

– История очень простая и, к сожалению, для нашего времени очень характерная. Здание конца XIX века, последнее уцелевшее из очень интересного исторического комплекса, было под госохраной с 2001 года как выявленный объект культурного наследия. В 2014 году была сделана экспертиза, ее подготовил специалист ВООПИК, известный эксперт Михаил Мильчик, который сейчас является зампредседателя совета по сохранению культурного наследия при правительстве Санкт-Петербург. В 2016 году было выпущено распоряжение по итогам этой экспертизы о включении объекта в реестр в качестве памятника регионального значения.

Александр Кононов.

Фото: Никита СКОПИН

Когда все было оформлено, как должно, в этот самый момент памятник исчезает. Сейчас памятник разрушен практически полностью, от него остались фундамент и нижний венец сруба. Уничтожение этого памятника почему-то сразу вызвало у пользователя земельного участка обращение в суд на предмет того, что экспертиза была не вполне качественная и включила этот объект под охрану напрасно. Потом начались суды относительно возможности воссоздания памятника, на чем настаивал КГИОП (Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры. – Прим. ред.).

После того, как суды были проиграны, начался откровенный поток не очень добросовестной информации: что и эксперт какой-то не такой, что и участие КГИОП сомнительное – мол, участок хочет отжать.

– Но, извините, вам-то что? На официальном уровне ваша правота признана.

– Когда ВООПИК, который в этом городе работает с 1965 года, обвиняют в заказной экспертизе, которая поставила под охрану не имеющий никакой ценности сарай советской постройки, это подрывает профессиональную репутацию. Между прочим, Михаил Мильчик всю жизнь занимается деревянными памятниками. Честно говоря, мы уже созрели для того, чтобы обратиться для защиты деловой репутации в суд.

Так дача выглядела ранее. Фото: ВООПИК СПб

Интересная деталь: пользователь участка обратился к Мильчику с тем, чтобы он провел дополнительное исследование фундамента и нижнего венца сруба на предмет того, что это именно советская постройка. Михаил Исаевич привлек еще пять лучших в городе специалистов, которые извлекли из кладки кирпичи с дореволюционными клеймами, образцы кованых гвоздей и дерева – и пришли к выводу, что сомнений нет. Сразу после этого вопрос перешел в публичную плоскость.

– Суд признал необходимым восстановить здание. Но как это теперь сделать?

– Есть очень подробная фотофиксация. Есть поэтажные планы и чертежи. Для воссоздания внешнего облика нет никаких препятствий.

– А он будет в таком случае представлять собой культурную ценность?

– Его ценность не только культурная и историческая, но и градостроительная. Пользователь получил его под базу отдыха, и никаких проблем в том, чтобы отдыхать в восстановленном здании, нет. Одно дело, когда вы ставите новый стеклобетонный кубик. И совсем другое – пребывать в аутентичной среде: видеть ту самую природу, которую видели выдающиеся люди, бывавшие в этом комплексе в XIX веке, и хотя бы внешний облик здания.

От памятника остались фундамент и нижний венец сруба. Фото: ВООПИК СПб

– ВООПИК и КГИОП фактически обвиняют в рейдерском захвате и желании «отжать» участок. «Отжимаете»?

– Конечно, мы же постоянно это делаем то тут, то там (смеется). А если серьезно, независимо от того, кто будет распоряжаться участком дальше, обязанность по воссозданию памятника все равно перейдет любому новому правообладателю. Кстати, это тот редкий случай, когда комитет полностью в русле закона отстаивает позицию сохранения и восстановления памятника.

ДОМ БАСЕВИЧА

– А Дом Басевича – пример того, что молодцы в госструктурах не все?

Дом Басевича вошел в 100 лучших зданий петербургского модерна, но, к сожалению, не является памятником: это историческое здание. При этом наше законодательство серьезно защищает и такие объекты в зонах охраны: дом нельзя снести, можно только разобрать отдельные аварийные конструкции.

После того, как дом долго стоял расселенным, его передали в программу «Молодежи – доступное жилье». Уже был подготовлен проект капремонта, было сделано обследование, которое показало, что здание в пригодном для ремонта состоянии. И вдруг его передали в пользование Академии танца Бориса Эйфмана. Теперь на этом месте хотят сделать комплекс из общежития для учеников и апартаменты для преподавателей и гостей.

Дом Басевича давно ждет ремонта и заселения.

Фото: Артем КИЛЬКИН

Никто не был бы против, если бы здание реконструировали. Но на сцене появился один застройщик, которая в виде благотворительного жеста в адрес академии профинансировала техническое обследование и проектную документацию. И – удивительно – во всех шести корпусах дома не нашли ни одной неаварийной конструкции. Фактически это позволяет полностью разобрать весь комплекс под «ноль». ВООПИК провел альтернативное обследование, оно показало, что аварийные конструкции есть лишь локально и что здания вполне можно сохранить. Такие выводы не вызвали у инициаторов строительства радости, ведь это дороже. Но аргументы выдвигаются, конечно, другие.

– Почему бы не разобрать и восстановить дом близко к тому, что было?

– Я противник этого варианта. Но даже и это не предлагают. Академия даже не будет восстанавливать конфигурацию дворов, чтобы открыть себе дорогу на соседние сквер и коррекционный детский садик (их тоже планируют застроить). Предлагают только сохранить половину лицевого корпуса. Это решение, увы, утверждено. Хотя, казалось бы, уж учреждение культуры-то должно понимать, насколько важно сохранить Петербургу аутентичный облик.

ОТ ТУЧКОВА БУЯНА ДО МЕФИСТОФЕЛЯ

– Зато вас можно поздравить с судебным решением о Медсанчасти на Одоевского.

– Давайте еще подождем: уверен, и комитет, и собственник постараются его оспорить. Но это важная победа: мы смогли доказать суду и прокурору, что распоряжение об отказе включить объект в реестр памятников было выпущено незаконно.

Судимся мы много. И, к сожалению, в основном, с КГИОП. Выигрываем в 50 процентах случаев. Это неплохой результат для тяжб с нашим государством.

Здание Медсанчасти удалось спасти.

Фото: Артем КИЛЬКИН

– И это очередной аргумент для тех, кто градозащитников не любит и сравнивает их с «зелеными».

– Но мы и правда похожи: у нас есть принципы, которые мы стараемся отстаивать. Разве это неважно, сохранять все ценное, что досталось нам от предыдущих поколений?

– А какова Ваша позиция относительно Тучкова буяна?

– Уже было сделано несколько необратимых шагов. Под комплекс зданий судов была сделана вся подземная часть: парковки, фундаменты. Туда закачаны огромные деньги, поэтому невозможно принципиально изменить конфигурацию парка – например, место театра Бориса Эйфмана. А там есть некие визуальные проблемы: объект превышает высотные ограничения и фактически становится доминантой.

В целом же идею парка мы поддерживаем полностью. На сегодня это лучший компромисс из всего предложенного.

Визуализация парка «Тучков буян». Фото: «Студия 44», West 8

– Хочется вспомнить и Мефистофеле, барельеф которого сбили с Дома Лишневского во время строительства храма напротив. Можно ли восстановить?

– Уверен, восстановят, и ничто этому не помешает. До сих пор этого не произошло только потому, что имеет место сложный юридический и коммерческий процесс. Но, возможно, есть и какие-то подводные камни. Например, непонимание того, что Петербург город разноплановой культуры. Может, всю дьявольщину со всех домов отобьем? Для XXI века это дикость.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

По ком плачут русалки. Дневник петербургского реставратора

В декабре 2017-го с фасада старинного Дома Николаевых на Садовой отбили голову русалки. Через несколько дней ее прилепили обратно, но незаконно (и некрасиво). В апреле 2018-го голова отвалилась опять и исчезла. В сентябре 2018-го ее нашли и принесли в Смольный. В августе 2019-го оставшиеся русалки заплакали кровавыми слезами о подруге, которая не торопилась возвращаться (подробности)