Премия Рунета-2020
Санкт-Петербург
+9°
Boom metrics
Общество16 февраля 2022 15:14

Не 100 процентов, а 80, не в этом году, а в прошлом: Что на самом деле происходит с коллективным иммунитетом к коронавирусу в Петербурге

Разбираем, как считается иммунная прослойка, сколько на самом деле заболевших COVID-19 в Северной столице, и почему на самом деле показатель иммунитета ничего не значит
Из-за штамма «омикрон» выросли темпы заболеваемости.

Из-за штамма «омикрон» выросли темпы заболеваемости.

Фото: Олег ЗОЛОТО

Петербург достиг 100 процентов коллективного иммунитета. Об этом в минувший вторник, 15 февраля, сообщил первый заместитель городского комитета по здравоохранению Андрей Сарана. Его заявление наделало шуму – прежде всего, потому что вопросов о коллективном иммунитете и о том, как он влияет на эпидемию, до сих пор остается больше, чем ответов. Мы вооружились калькулятором, открытой статистикой и засели за подсчеты. И сейчас мы объясним вам, что не так с показателями, о чем на самом деле они говорят, и почему следить за коллективным иммунитетом не стоит в принципе. Приготовьтесь, начинается магия цифр.

ЗАБОЛЕВШИХ – В ДВА РАЗА БОЛЬШЕ?

Во-первых, стопроцентный иммунитет – он как бы стопроцентный, а как бы и не совсем. Все дело в том, как считать и на кого ссылаться.

Наш комитет по здравоохранению, например, ссылается на федеральный минздрав. Который говорит, что для достижения коллективного иммунитета «внутренняя защита» от коронавируса должна появиться у 80 % жителей конкретного города или региона. Как она появится – после вакцинации или после того, как человек переболеет – неважно.

- У нас общее число вакцинированных и переболевших уже превышает 80 процентов от общей численности населения города, - констатирует председатель комздрава Петербурга Дмитрий Лисовец. – То есть, необходимый уровень для получения коллективного иммунитета в период распространения особо опасных инфекций, мы достигли.

Другими словами, речь в заявлении Андрея Сараны шла не о том, что каждый в Петербурге имеет антитела или клеточный иммунитет, а лишь о том, что город на 100 процентов выполнил план минздрава. Еще раз – план в 80 процентов мы выполнили на 100 процентов.

При этом в Петербурге существенно упали темпы вакцинации.

При этом в Петербурге существенно упали темпы вакцинации.

Фото: Артем КИЛЬКИН (архив)

Еще не закипели? Значит, едем дальше.

Чуть позже комитет по здравоохранению выпустил разъяснение. Где, помимо всего прочего, упомянул, что коллективного иммунитета город достиг еще в декабре прошлого года. Что это нам дает?

Ну, теперь мы можем грубо прикинуть реальные масштабы эпидемии. В расчеты минздрава, напомним, включаются и вакцинированные и переболевшие. Полностью вакцинированных у нас на 31 декабря (взяли на всякий случай самый конец месяца) насчитывалось 2 696 022 человек. Переболевших – около 799 000. Скорее всего, даже меньше, потому что в это число входят и те, кто непосредственно болел в это время – то есть, те, у кого иммунитет еще не успел сформироваться. А общее население города, согласно данным Петростата, составило 5 368 400 человек. Берем 80 процентов, вычитаем вакцинированных и переболевших – и получаем еще почти 800 тысяч человек, которые «болтаются в воздухе». Кто это? Судя по всему, тоже переболевшие – бессимптомно или в легкой форме без обращения к врачу. Таким образом получается, что реальные масштабы эпидемии в Петербурге более чем в два раза превосходят официальные цифры. И на конец 2021 года у нас было не 799 000, а более 1,5 миллионов заболевших минимум. Что, кстати неплохо бьется с расчетами независимых аналитиков. Так, например, по словам кандидата биологических наук Алексея Куприянова, ведущего свои подсчеты параллельно с властями, существует подведомственный Роспотребнадзору реестр эпидемических номеров. И на конец декабря 2021 года в нем числилось… чуть больше 1 миллиона 600 тысяч записей – как раз столько, на сколько у нас не сходятся подсчеты.

ЦИФРЫ СХОДЯТСЯ… И РАСХОДЯТСЯ

В городском Роспотребнадзоре нам сообщили, что да, такой реестр есть, ведет его «Центр гигиены и эпидемиологии в городе Санкт-Петербург». Но учету и регистрации в нем подлежат все больные, которым поставили либо диагноз инфекционного заболевания, либо подозрения на него. Включая и COVID-19.

- Другими словами – человек пришел к доктору. Доктор заподозрил у него коронавирус. Но впоследствии оказывается, что это просто грипп, - констатирует руководитель отдела эпидемиологического надзора Ирина Чхинджерия. – Эпидномер при этом никуда не девается – просто напротив него ставится пометка «грипп». Кроме того, в реестр включаются, например, граждане Ленинградской области, которые живут в примыкающих к Петербургу районах и ездят сюда работать, учиться или лечиться. Поэтому – да, действительно, количество эпидномеров в реестре больше, чем количество заболевших в общедоступной статистике.

Тем не менее именно этот самый реестр используется для подсчета количества переболевших, на основании которого потом и формируется показатель коллективного иммунитета – просто потому, что это самая полная и доступная база данных из имеющихся. Отсюда – и расхождение в 800 тысяч. Выдохнули, тут сошлось.

Но есть нюанс.

Во-первых, здесь хорошо бы вспомнить заявление начальника комитета по труду и занятости Дмитрия Чернейко – выступая в октябре прошлого года на «Форуме стратегов 2021» он сказал, что на самом деле в Петербурге живет не пять, а семь миллионов человек. Это статистика неофициальная, но если взять за основу ее, а не данные Петростата, то получается, что реальный уровень коллективного иммунитета на конец декабря прошлого года составлял 60-62 процента. Не так фатально, как могло бы быть – вполне возможно, что недостающие проценты мы как раз уже успели добрать.

Подсчеты минздрава не учитывают тех, кто переболел или вакцинировался больше чем полгода назад.

Подсчеты минздрава не учитывают тех, кто переболел или вакцинировался больше чем полгода назад.

Фото: Артем КИЛЬКИН

Во-вторых, еще раз – в реестр попадают даже те, у кого диагноз COVID-19 не подтвердился. То есть, люди, у которых иммунитета к новой инфекции нет. Соответственно, и реальный уровень иммунитета коллективного будет ниже. Если брать, к примеру, только тех, кто реально болел «ковидом», и кого включили в официальную статистику, то на конец декабря он получится 65 процентов.

В-третьих – подсчеты минздрава, как нам разъяснили в комитете по здравоохранению, не учитывают тех, кто переболел или вакцинировался больше чем полгода назад. То есть, если человек привился в феврале, а в августе на повторную прививку не пришел, его все равно включат в иммунную прослойку. При том, что через полгода иммунитет у человека начинает падать, что после вакцинации, что после болезни.

ОТКУДА ВЗЯЛСЯ «ОМИКРОН»?

Ну да бог с ними, с этими цифрами, правда. Вполне возможно, что мы тут просто наводим тень на плетень, а дело, как обычно, окажется в какой-нибудь хитрой (но, безусловно, корректной и адекватной) методике подсчета. Тем более такое уже бывало. Но остается главный вопрос. Почему, если мы достигли коллективного иммунитета еще в декабре прошлого года, в январе-феврале нынешнего нас накрыла новая мощная волна эпидемии? И значит ли это, что в коллективный иммунитет можно больше не верить?

- Не совсем так, - комментирует научный сотрудник НИИ гриппа имени Смородинцева, врач-инфекционист Оксана Станевич. – Дело в том, что в случае с коллективным иммунитетом работают все те же принципы, что и с вакцинацией. Как и вакцина, он не защищает от заражения – по крайней мере на сто процентов. Зато позволяет существенно снизить риск тяжелого течения болезни. Что, собственно, мы и увидели на примере штамма «омикрон» и вызванной им пятой волны – несмотря на рекордную заболеваемость, количество госпитализаций в Петербурге выросло лишь незначительно.

В общем, какой ни есть, а он за нас. Ну а самое главное – даже на официальном уровне на все эти показатели советуют не обращать особенного внимания. Нет, не потому, что не хотят объяснять нестыковки – просто нам с вами это… незачем.

- Коллективный иммунитет – это динамическая, плавающая величина, - констатирует Ирина Чхинджерия. – Не может быть такого, что он достиг какого-то значения, зафиксировался на нем и все. Люди болеют, выздоравливают, вакцинируются, ревакцинируются, сам вирус до сих пор ведет себя по большей части непредсказуемо – поэтому и величина иммунной прослойки постоянно меняется. Чуть ли не каждый день. Сейчас, например, у нас существенно упали темпы вакцинации. Но при этом из-за штамма «омикрон» выросли темпы заболеваемости. Однако свое дело иммунитет все же делает – защищает нас от тяжелого течения болезни.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ: